Официально провозглашенными целями Первого крестового похода были помощь византийским христианам в защите Анатолии от натиска турок, а также освобождение священного города Иерусалима и Святой библейской земли от мусульманского владычества. Цели были выполнены. В частности, Иерусалим был взят после продолжительной осады, длившейся с 7 июня по 15 июля 1099 года. Штурм Иерусалима начался на рассвете 14 июля, а на следующий день крестоносцы ворвались в город и устроили там резню, убивая всех, кто попадался им на пути, без разбора и сожаления. Арабских летописцев можно заподозрить в предвзятости и намеренных преувеличениях, но вот свидетельство монаха-франка Гийома Тирского, придворного историка короля Амальрика I: «Невозможно было смотреть без ужаса, как валялись всюду тела убитых и разбросанные части тела и как вся земля была залита кровью. И не только обезображенные трупы и отрубленные головы представляли страшное зрелище, но еще более приводило в содрогание то, что сами победители с головы до пят были в крови и наводили ужас на всякого встречного. В черте храма, говорят, погибло около 10 тысяч врагов, не считая тех, что были убиты повсюду в городе и устилали улицы и площади; число их, говорят, было не меньше. Остальные части войска разошлись по городу и, выволакивая, как скот, из узких и отдаленных переулков несчастных, которые хотели укрыться там от смерти, убивали их секирами. Другие, разделившись на отряды, врывались в дома и хватали отцов семейств с женами, детьми и всеми домочадцами и закалывали их мечами или сбрасывали с каких-либо возвышенных мест на землю, так что они погибали, разбившись. При этом каждый, ворвавшись в дом, обращал его в свою собственность со всем, что находилось в нем, ибо еще до взятия города было согласовано между крестоносцами, что по завоевании каждый сможет присвоить на вечные времена по праву собственности всё, что ему удастся захватить. Потому они особенно тщательно осматривали город и убивали сопротивляющихся».
12 августа 1099 года у города Аскалона (Ашкелона) состоялось последнее большое сражение Первого крестового похода между объединенными силами мусульман, основу которых составляло фатимидское войско, и армией крестоносцев. Крестоносцы одержали решительную победу, похоронившую надежды халифов на возвращение Иерусалима.
Утвердившись на Ближнем Востоке, крестоносцы стремились завоевать его полностью, ведь земель много не бывает. С 1163 по 1169 год иерусалимский король Амальрик I предпринял несколько походов на Египет.
Фатимидский халифат к тому времени ослаб настолько, что казался легкой добычей. Нашествия крестоносцев пришлись на правление четырнадцатого и последнего фатимидского халифа Абу Мухаммада Абдуллаха ибн Юсуфа аль-Адид Лидиниллаха, занявшего престол в возрасте одиннадцати лет. Видный египетский историк Абу-ль-Аббас Аль-Макризи в своей «Книге истории Фатимидов» пишет: «Когда умер халиф Фаиз [старший брат Лидиниллаха], [визирь] Салих ибн Руззик отправился во дворец в траурной одежде и призвал смотрителя дворца и опросил его: кто из обитателей дворца пригоден для халифства?.. И тот сказал: при мне сын эмира Юсуфа ибн Хафиза, а имя его Абдаллах, и он несовершеннолетний. И [Салих] сказал: давай его сюда! И вывел тот его к нему в тонкой чалме и набедренной повязке, и он был подобен зверенышу: смуглый, с большими глазами, широкими бровями, маленьким носом, расширенными ноздрями и большими губами. И посадил его Салих на лавку, а ему было от роду около одиннадцати лет. Затем приказал главе хранилища одежд принести зеленую одежду, приличествующую наследнику во время печали о своем предшественнике. И тот пришел и облачил его в одежды, и взялись за приготовления Фаиза, и, когда были вынесены носилки, благословили его и отнесли в гробницу. А Салих взял Абдаллаха за руку и посадил рядом с собой, и приказал принести ему халифскую одежду. И одели его в нее, и принесли ему присягу. Затем присягнул ему народ, и был он назван «Адид ли-диниллах». И это происходило в пятницу 18 раджаба 555 года».
Не следует удивляться выбору правителя по принципу «Кто из обитателей дворца пригоден для халифства?». На закате Фатимидского халифата реальная власть находилась в руках визирей, для которых халифы служили чем-то вроде ширмы. Надо ли пояснять, что каждый визирь-временщик больше заботился о своих интересах, чем о государственных? Халифат был обречен, и его падение представлялось неизбежным.