Его Величество Змееныш

Ева бросала из-под ресниц на него быстрые взгляды. Вырос и возмужал. Подростковая угловатость стремительного сменялась уверенной грацией гибкого, сильного тела. Его любимая футболка растянулась в плечах и уже ощутимо трещала по швам. А недавно болталась. Мальчишка...

— Вот скажи мне, моя золотая, как ты до сих пор выживала в этом полном несправедливости, чудовищном мире? — Илья аккуратно сложил стопочку из живописно разбросанных на столе документов и теперь обстоятельно их убирал в плотную красную папку.

Ева насупилась. Отхлебнула из чашки горячего чая, заваренного их непрошеной гостьей, и выразительно посмотрела на младшего Змеева. После тяжёлого разговора с бабулей Илья вдруг надолго задумался, а после потребовал все документы, что были у Евы. Пришлось ковыряться в столе, снимать с верхних кухонных полок конверты с бумажками, доставать с антресолей коробки.

Русалка жутко устала, надышалась пылью, сломала два ногтя и вот уже час наслаждалась взъерошенным видом Змеёныша, сосредоточенно разбиравшего весь этот хлам. Твою революцию кошкам под хвост, доморощенный архивариус.

— Подумаешь! — отозвалась она легкомысленно. — И что ты там нашёл? Эта квартира записана на соседа? Бабушка вдруг промахнулась, и нам с тобой нужно срочно бронировать место в ночлежке? — девушка фыркнула, отбирая бесценную папку из рук наглеца. — Нет? Всё остальное меня не волнует.

— А с чего ты решила, что эта квартира — наследство от бабки? — облизнув быстро губы, Змеёныш склонил насмешливо голову.

— Так там всё написано! — Ева громко фыркнула и папкой перед его носом тряхнула. В качестве аргумента.

— Там написано, что на тебя оформлена дарственная. Неким загадочным правопреемником госпожи Рыбкиной, умершей за несколько лет до твоего рождения. Если верить тем документам, то...

— Ну и что же тебя так смутило, знаток реальностей жизни? — снова фыркнула Ева.

После странного их диалога на скалах прокля́того острова теперь оба делали вид, что ничего не случилось. Глупо? Безумно. Но Ева пока совершенно не знала, что ей делать с услышанным в том страшном мире.

— Собственно... всё, — снисходительно произнёс младший Змеев. Кроме права на собственность. Это главное. Квартира всецело твоя, от старой железной двери до отломанных шпингалетов на форточках. Но смутил меня этот твой… правопреемник.

— И продать её можно? — из услышанного Ева вычленила самое главное. — Если моя.

— Я бы не советовал... — Илья обвёл взглядом внезапную собственность Евы и поморщился. — В таком состоянии хорошей цены за неё не дадут. Квартира в центре города, до работы тебе пятнадцать минут пешком нога за ногу. По нынешним временам — настоящая роскошь.

— Вот именно, — Ева тяжко вздохнула. — Роскошь! Я в коммунальные квитанции даже заглядывать опасаюсь. Там, наверняка, долг уже в половину квартиры. Удивительно, что судебные приставы по мою душу ещё на кафедру не заглядывали. Не застали, наверное.

Пока она говорила. Илья снова задумался, достал свой телефон и напряжённо там что-то листал.

— На Еву Антоновну Дивину нет судебных листов исполнения. И коммунальных задолженностей тоже нет. Снова магия?

— Откуда ты...

— Ева Антоновна, ну вы как наивный ребёнок! Документы оформлены на кого?

Точно. Ева бросила злой взгляд на Змеёныша, но тот не смутился. А мог бы.

— Некто, тебе незнакомый, подарил квартиру в центре города и всё это время оплачивал коммуналку. Спорим, если поглубже копнуть, то найдутся следы и других жутких его злодеяний. — Илья усмехнулся. — Добро пожаловать в мир реальности, Ева. Что ты там рассказывала мне о родителях?

— Быть такого не может! — девушка подскочила, резво выхватывая телефон у Ильи.

Он не лгал. Вся коммуналка оплачивалась автоматически. Молча вернула ему аппарат и схватилась за голову.

Может, он прав, и о ней позаботился кто-то из родственников? Надо бы Ге расспросить... Нет. Лучше у Пашки спросить, он лишних вопросов обычно не задаёт.

— Счёт, с которого поступает оплата, оформлен на Е. А. Дивину. Случайно, не знаешь такую? — Змеев ехидно спросил, — и добавил уже совершенно серьёзно: — звони быстро в банк. Со своего телефона.

Когда Илья так говорил, в его голосе вдруг прорезались знакомые нотки. Возражать даже в голову не приходило. Она и не стала...

Спустя час Ева имела потрёпанный вид, острый приступ мигрени и разрушенное мировоззрение, неряшливой кучей валяющееся на пепелище её личных устоев и ценностей.

Утешительным бонусом выступала восьмизначная сумма на счёте. В рублях, иностранной валюте и золоте.

— И что мне с этим делать? — жалобно произнесла она, глядя на выписку с перечислением всех невозможных богатств.

— Пошли есть мороженое, я угощаю.

Ева медленно перевела взгляд на Илью. Шутит? Нет. Совершенно серьёзен.

— Пока просто об этом забудь и живи прежней жизнью, — посоветовал ей неожиданно мудрый Змеёныш. — Иначе свихнёшься.

И он снова был прав...