Все это в равной мере справедливо и применительно к экономике. В этом отношении экономику можно также сравнить с инженерным делом. Когда перед инженером стоит какая-то проблема, он в первую очередь должен определить все факты, имеющие отношение к ней. Так, если инженер проектирует мост, который должен соединить два пункта, то прежде всего ему необходимо узнать точное расстояние между этими пунктами, их точную топографическую привязку, максимально допустимую нагрузку проектируемого моста, предел прочности на растяжение и сжатие стали или другого материала, из которого мост будет построен, а также давление и напряжение, которым он может подвергаться. Многие из этих фактических исследований были уже сделаны для него другими специалистами. Его предшественники также уже вывели детально разработанные математические уравнения, с помощью которых, зная прочность материалов и напряжение, которому они будут подвержены, можно определить необходимый диаметр, форму, количество и структуру опор, тросов и балок.
Так же и экономист, перед которым поставлена практическая задача, должен знать как основные факты по проблеме, так и обоснованные выводы, которые можно заключить из этих фактов. Эта дедуктивная сторона в экономике не менее важна, чем фактическая. Кто-то говорит, что к ней применимы слова Сантаяны о логике (в равной степени это относится и к математике), что она «отслеживает излучение истины», так что «когда известно, что один термин в логической системе описывает факт, то вся система, привязанная к этому термину, становится, так сказать, накаленной добела»[39].
Сейчас мало кто распознает обязательные скрытые значения экономических утверждений. Когда говорится, что для экономического спасения необходимо увеличить кредитование, то это то же самое, как если бы было сказано, что для экономического спасения необходимо увеличить долг. Это разные наименования одного и того же, рассматриваемого с разных сторон. Когда говорится, что для процветания необходимо повысить цены на фермерскую продукцию, это то же самое, что сказать, что для процветания необходимо повысить стоимость продуктов для городских рабочих. Если утверждают, что для национального богатства необходимо выплачивать правительственные субсидии, фактически признаются, что для национального богатства необходимо повысить налоги. Когда главной целью ставится увеличение экспорта, большинство из ставящих такую цель не понимает, что в конечном счете за ней неизбежно стои́т увеличение импорта. Если для восстановления необходимо повысить ставки заработной платы, то лишь в иной форме подразумевается, что для восстановления необходимо повысить издержки производства.
Вовсе не обязательно следует, что каждое из этих предложений при любых условиях является ошибочным, поскольку каждое из этих утверждений, подобно монете, имеет свою обратную сторону. Или потому что равнозначное утверждение или другое наименование спасительного средства звучит менее привлекательно. Могут быть такие времена, когда рост долга второстепенен в сравнении с той пользой, которую приносят заемные средства; когда государственная субсидия неизбежна для достижения определенных военных целей; когда определенная отрасль может позволить себе повышение производственных затрат и т. д. Но в любом случае мы должны быть уверены, что во внимание приняты обе стороны монеты, что все скрытые значения предложения изучены. А это делается лишь в редких случаях.
Анализ наших примеров научил нас другому, вторичному уроку. Он заключается в том, что при изучении воздействия различных предложений не только на отдельные группы на краткосрочном горизонте, но и на все группы в долгосрочной перспективе, выводы, к которым мы приходим, обычно соответствуют выводам простого здравого смысла. Никому, не знакомому с широко распространенной экономической полуграмотностью, не придет в голову считать благом разбитые витрины и разрушенные города. Каждый прекрасно понимает, что создание ненужных социальных проектов не что иное, как бесполезная трата времени и денег; что опасно разрешать массам безработных людей возвращаться к работе.
Никто не боится оборудования, позволяющего увеличивать производство богатства и экономить человеческие усилия. Никто на самом деле не верит, что препятствия на пути к свободному производству и свободному потреблению увеличивают богатство; что страна может стать богаче, заставляя другие страны приобретать ее товары по цене ниже стоимости производства; и наконец, что сбережения глупы и нехороши, а мотовство приносит процветание.