Эмоциональная зависимость в жизни. Я & Ты

Зависимый клиент обычно достаточно легко приносит в контакт положительную часть опыта и проявляет себя как благодарный и послушный. На это легко «купиться», если не отдавать себе отчета в том, что на заднем плане обычно имеется соответствующий, если не превосходящий объем опыта негативного, который клиент либо не осознает до конца, либо удерживает. В терапии важно создавать условия для того, чтобы обе части опыта могли показаться и быть выраженными и прожитыми в контакте. Поэтому уместно не идти на поводу тенденции к слиянию, которая часто проявляется у терапевтов в работе такими клиентами, не «замасливать» и не «засахаривать» контакт, чтобы оставить в нем пространство для переживаний, далеких от радужных.

Фигурально выражаясь, между клиентом и терапевтом должно быть достаточно психологического пространства для того, чтобы в нем мог быть размещен самый разный эмоциональный материал клиента. Интересно, что при этом терапевту также важно отслеживать свои реакции – может ли он в равной степени иметь доступ ко всему спектру своих переживаний или в контакте с данным конкретным клиентом его неминуемо «сносит» в «сладкую» сторону. Если клиент видит, что терапевт сливается с ним в экстазе и транслирует исключительно теплое к нему отношение, то часто испытывает дискомфорт в связи с тем, что:

а) чувствует себя обязанным отплатить тем же (это внутренняя логика эмоционально зависимой личности) и лишенным права злиться;

б) чувствует вину, если не ощущает к терапевту таких же сильных теплых чувств или, к примеру, злится на него, но не решается сказать об этом.

Если клиент улавливает, что терапевт «хорошо о нем думает», он также чувствует себя обязанным соответствовать этому образу и впредь «сильно стараться», чтобы не разочаровать терапевта. В связи с этими и другими соображениями терапевту важно быть достаточно безопасным и теплым, но не вступающим с клиентом в отношения слияния, не душащим своим теплом и опекой, не возлагающим на клиента никаких ожиданий.

В контексте обсуждаемого здесь вопроса мне хочется сказать вот еще о чем. Поскольку эмоционально зависимая личность достаточно фрагментирована как в отношении своей внутренней структуры, так и в отношении эмоционального опыта, обычно у такого клиента есть важные аспекты собственной личности, которые ему стыдно предъявлять в терапии. По этой самой причине иногда сам по себе факт эмоциональной (и не эмоциональной тоже) зависимости может стать явным спустя долгое время после начала терапии. Классическим примером является ситуация, когда после двух лет работы клиентка сообщает о том, что систематически употребляет спиртное – раньше ей было трудно и стыдно в этом признаться, да и казалось каким-то неуместным. Терапевт может испытать в этот момент обиду – как же клиент удерживал, скрывал от него столь важную информацию так долго? – однако такое сообщение скорее говорит о том, что стыда стало меньше, а доверия терапевту – больше, настолько, что клиент может предъявлять в контакте те аспекты собственной личности, которые связаны со стыдом. Эмоционально зависимые клиенты могут утаивать значительные объемы важной информации о себе, и терапевту важно это понимать. Ну и, конечно, адекватное отношение терапевта к этому предполагает стремление эмпатически понять внутренний смысл такого утаивания, а вовсе не расследования и попытки клиента уличить и пристыдить.

Важный момент, который мне хочется здесь отметить, касается того, что эмоционально зависимой личности обычно в отношениях с терапевтом труднее всего бывает размещать негативные свои чувства к нему, прежде всего – любые проявления агрессии. Легко заметить, что в отношениях с терапевтом они выражаются так же, как и в обычной жизни и в отношениях с другими людьми – сначала копится, а затем импульсивно разряжается в контакте (часто в неадекватной форме) либо копится и затем канализируется в максимально безопасное русло – например, выражается в пассивно-агрессивных реакциях (специфические шутки, пассивное сопротивление, опоздания и т. п.). Такие клиенты могут чувствовать некоторое облегчение также, высказывая жалобы на терапевта третьим лицам (партнерам, членам семьи или другим терапевтам, с которыми пытаются выстроить отношения, при этом расставшись (или не расставшись) с предыдущим). Исключительно полезным в терапевтическом отношении для эмоционально зависимой личности является переживание опыта прямого выражения агрессии по адресу в непосредственном контакте в условиях принятия, когда терапевт не только не реагирует отвержением (или изгнанием из отношений), но и старается понять потребности клиента, стоящие за агрессией, и уважительно относится к его чувствам. Поэтому терапевту очень важно быть чувствительным к тому, что происходит с клиентом в контакте, и содействовать идентификации и выражению клиентом своих чувств, в особенности – чувств по отношению к терапевту.