Эмоциональная зависимость в жизни. Я & Ты

Частью этого процесса является горевание, которое, возможно, впервые клиент переживает глубоко и понастоящему. Ему приходится отгоревывать собственные ожидания и иллюзии в отношении других людей, отгоревывать тот факт, что его партнер действительно не таков, каким бы ему хотелось его видеть (не идеален), что родитель, до которого он так долго пытался достучаться (достучаться до идеального родителя в родителе реальном), возможно, никогда не удовлетворит его потребности (по крайней мере полностью). Клиенту, фигурально выражаясь, приходится отгоревывать тот факт, что у козла нет вымени и молока от него не дождешься, для того, чтобы увидеть реальные возможности взаимодействия с реальным козлом. И клиенту важно помочь в этом горе – важно не поддерживать надежды на то, что «мама когда-нибудь поймет», «обратную связь можно получить, надо только как следует попросить об этом» и «партнер на самом деле любит, он просто не понял этого сам и поэтому говорит, что не любит тебя». Реальность сурова. Мама никогда не поймет каких-то вещей обо мне и уж точно никогда не будет идеальной. Партнер не любит тебя. Наставник дает такую обратную связь, что ты ощущаешь себя смотрящимся в кривое зеркало – твой любимый, уважаемый тобой наставник, он тоже не идеален. Как говорится, shit happens… добро пожаловать в реальность, где нет волшебников. Где ты будешь опираться на себя сам, потому что здесь нет идеальных родителей.

То, насколько справится клиент с этой важной внутренней работой, во многом определяется его внутренними приобретениями, сделанными на предыдущих этапах психотерапевтического взаимодействия. Потому что вынести описываемый процесс и извлечь из него важные внутренние уроки может только внутренне окрепшая личность, которая имеет психическое оснащение, достаточно развитое для того, чтобы быть способной адекватно справляться со стрессами и заботиться о себе.

Довольно часто бывает, что фигурой, в отношениях с которой разворачивается описанный здесь драматический процесс, становится психотерапевт. К данному этапу совместной работы он становится уже значимым для клиента лицом, в отношении которого клиент разворачивает характерный для него процесс идеализации и возложения ответственности. Наличие у терапевта непроработанного, незнакомой ему самому нарциссической или эмоционально зависимой динамики делает для такого терапевта особо ценным переживание собственной идеальности в глазах других. Это может серьезно затруднить конструктивное проживание клиентом процесса, который я здесь описываю. Когда клиент столкнется с тем, что терапевт не соответствует идеальной картине, которую он до этого выстроил, он начнет атаковывать его в попытках «вытрясти» соответствие этим самым идеальным ожиданиям, а затем обрушит на него собственные гнев и боль в связи с тем, что это «вытрясание» не дает желаемых результатов. Терапевт с непроработанными проблемами близости – сепарации может начать обвинять клиента, защищая собственную «идеальность», либо впадать в стыд и вину, казня себя за непрофессионализм. И то и другое в равной степени не полезно для клиента, потому что представляет собой очередной в его жизни виток зависимого паттерна отношений. Терапевту важно сохранять устойчивость в эмоциональных бурях, которые переживает клиент, а также устойчивость к идеализации и обесцениванию со стороны клиента, с которыми ему с неизбежностью приходится иметь дело.

Так или иначе, случился ли столь важный для клиента процесс в отношениях именно с терапевтом или с другим лицом, обычно после такого рода событий терапевт замечает, что что-то неуловимо меняется в его контакте с клиентом. Эти изменения очень трудно поначалу описать в терминах конкретных поведенческих проявлений, однако они отчетливого ощущаются в резонансе терапевта. Контакт становится более «прохладным», если можно так выразиться – не потому, что клиент что-то «утаивает» «злое и нехорошее», а потому, что увеличивается эмоциональная дистанция и меняется сам характер контакта. Клиент становится более автономным и может эмоционально справиться с тем, что терапевт хочет одного, а он – другого, терапевт ждет от него одного, а он делает другое. Очень интересно отметить внутреннюю реакцию терапевта на эту «прохладу» контакта. Терапевт, дружественно относящийся к автономии клиента, испытывает на этом этапе смешанные чувства, похожие на переживания родителя выросших детей: он испытывает удовлетворение от хорошо проделанной работы и легкую грусть по поводу того, что прежним отношениям пришел конец (что-то похожее чувствует и клиент). Терапевт с непроработанными темами нарциссического и эмоционально зависимого круга испытывает по отношению к клиенту обиду.