Зависимые отношения нестабильны и, как правило, представляют собой чередование периодов сверхблизости и дистанцирования. Они часто связаны с привлечением сторонних партнеров или видов активности с целью стабилизации отношений в паре. Поясню это.
Выше мы говорили о том, что важной потребностью зависимой личности является потребность установить сверхблизкие отношения с другой личностью, отношения, в которых отсутствуют границы и игнорируются индивидуальные различия между партнерами. Обычно на ранних стадиях отношений (хотя и не всегда только тогда) переживание сверхблизости связано с эйфорией и ощущением волшебного исцеления от преследовавших ранее негативных, тяжелых переживаний одиночества, пустоты, тоски и отчаяния. Однако эйфория эта не длится долго, а сверхблизость сменяется непонятными для партнеров периодами взаимного раздражения, ничем не обоснованной неприязни, сопровождающейся агрессией в адрес партнера. Они завершаются примирением после бурных ссор или воссоединением после более или менее длительного беспричинного дистанцирования одного или обоих партнеров.
«Наши с Олесей отношения неровные. Только с ней я переживаю порой блаженное чувство полной соединенности, словно мы – капли волны, сливающиеся в одной океанической волне, чувство полного покоя и растворенности друг в друге. Это время полного блаженства, и в нем так прекрасно! На заре наших отношений эти состояния поражали до глубины души… ни с кем и никогда я больше не чувствовал такого. Но насколько мы развернуты друг к другу в такие моменты, насколько мы принимаем друг друга, обнимаемся не только телесно, но и душами, настолько же тяжело мы друг друга ненавидим в моменты наших ссор, которые наступают незамедлительно после мгновений, проведенных в состоянии блаженства… достаточно маленького, ничтожного повода, чтобы взаимные обиды, недовольство, доходящее до ненависти, полыхнуло, как подожженная солома… она может сказать мне в такие моменты невзначай, что не видит, чтобы я ценил ее хоть сколько-нибудь, и в этот миг я ненавижу ее, потому что все эмоциональные соки, которые есть у меня, я отдал ей, и ей все мало, и всем она недовольна, и всегда найдется у нее повод почувствовать себя несчастной и отвергнутой, и я понимаю, что, сколько бы я ее ни кормил самим собой, она сожрет все – и все равно я буду недостаточно хорош, все равно буду виноват и плох. Она не говорит напрямую, но я знаю, я чувствую, что в такие моменты она меня просто ненавидит – равно как и я ее… но иногда это даже не ненависть. Иногда мне просто хочется побыть одному и отдохнуть, остаться наедине с самим собой – но она все равно настигает меня, она наказывает меня за эту попытку остаться одному как за предательство, и я чувствую себя преследуемым и обозленным и одновременно плохим и виноватым…»