Эра млекопитающих: Из тени динозавров к мировому господству

Что, однако, представляется взаимосвязанным, так это развитие цепкости конечностей и питание фруктами. Особенности строения кистей и стоп, позволявшие лучше хватать ветку, эволюционировали наряду с особенностями строения зубов, позволявшими лучше пережевывать плоды. По мнению Мэри, это свидетельство того, что ранняя эволюция приматов была обусловлена «питанием на концах веток»: приматы подбирались туда поближе, чтобы сорвать плоды и самые нежные листья. Некоторые фундаментальные составляющие нашей человеческой модели — наши руки с длинными пальцами, гибкие запястья и щиколотки, сглаженные бугорки на коренных зубах — являются пережитками тех времен, когда наши предки стали добывать пищу на деревьях.

Ранний ископаемый примат Darwinius из Месселя (Германия). Видны изящные пальцы и хватательный большой палец на всех четырех конечностях.

Фотография из статьи Franzen et al., 2009, PLoS ONE

Когда палеоцен сменился эоценом, а температуры зашкаливали во время скачка глобального потепления ПЭТМ 56 млн лет назад, часть плезиадапиформ развила свои лазательные и сенсорные способности до еще более высокого уровня. Так появились настоящие приматы — кроновая группа, которая, по единодушному мнению, заслуживает этого звания. Типичный представитель этих первых классических приматов — уже знакомая нам тейярдина, заселившая бассейн Бигхорн в штате Вайоминг, а в скором времени и все континенты Северного полушария.

Приматы отличались от своих предков типа пургаториуса в двух главных отношениях. Во-первых, они еще лучше приспособились к древесному образу жизни, научившись прыгать с ветки на ветку. Для этого их когти превратились в ногти, а к предковым длинным пальцам на руках и противопоставленному большому пальцу ноги добавились удлиненные пальцы на ногах и противопоставленный большой палец руки. Кроме того, их щиколотка стала более фиксированной — она все еще могла поворачиваться в различных направлениях, но теперь стала достаточно стабильной, чтобы прыгать и надежно приземляться. Во-вторых, они стали гораздо умнее, а их зрение стало острее. Их мозг не только вырос, но и перестроился — увеличился объем новой коры для сенсорной интеграции, больше стала зрительная кора, а обонятельные области уменьшились, что говорит об уступке: обоняние в обмен на зрение. Их выпуклые, обращенные вперед глаза могли видеть объемно, а порой даже в цвете. Увеличение глаз и мозга наряду с атрофией носа означало, что морда становилась более плоской, менее вытянутой. Многие другие аспекты нашей человеческой модели — наши лупоглазые курносые лица, наша способность сделать знак «большой палец вверх» и брать руками предметы, наши ногти на руках и ногах, умение различать прекрасные оттенки радуги или цвета светофора, сами истоки нашего разума — все это рудименты той эпохи, когда наши предки прыгали с дерева на дерево в раскаленном мире.

Обладая этими новыми адаптациями, приматы распространялись и диверсифицировались с интенсивностью, соответствующей экстремальным температурам эоцена. Они быстро расселились на юг, в Аравию и Африку. Их родословное древо разрасталось, породив лемуров, у которых нижние резцы и клыки превратились в гребень для вычесывания шерсти, а затем обезьян Нового Света, совершивших невероятное трансокеанское путешествие из Африки в Южную Америку. Как минимум однажды, а может быть, дважды лемуры тоже плавали по морю, отправившись на восток с течениями, уходящими от Мозамбика, и высадившись на острове, который стал для них курортом, а впоследствии и единственным убежищем, — на Мадагаскаре[46]. Сейчас Мадагаскар населяет около ста видов лемуров, но еще несколько столетий назад их было намного больше, и они были великолепны. Там водились лемуры-коалы ростом с человека, лемуры-ленивцы, свисавшие с деревьев вверх тормашками на длинных лапах, и самое невероятное создание из всех — гигантский лемур археоиндри (Archaeoindris), достигавший веса в 200 кг, как взрослый самец гориллы; он медлительно передвигался по земле и объедал листья. Все они вымерли практически одновременно, в ходе каскада островных вымираний[47] по всему миру, последовавшего за исчезновением мамонтов, саблезубых кошек и другой континентальной ледниковой мегафауны.