Эра млекопитающих: Из тени динозавров к мировому господству

Скелеты австралопитека (Люси) и «мальчика из Турканы», раннего представителя нашего рода Homo.

Фотография Библиотеки Американского музея естественной истории

Австралопитек был пешеходом, в этом нет сомнений. И это не просто догадка на основании формы костей, поскольку примерно 3,6 млн лет назад группа как минимум из двух-трех представителей этих гоминин (или их ближайших родичей) оставила следы на слое вулканического пепла, который покрывал землю, как снег, а затем превратился в сырой цемент. Цепочки следов похожи на те, что мы оставляем на пляже: есть только отпечатки ног, но не рук; между глубокими отпечатками мыска и пятки — слабый отпечаток свода, признак уверенной ходьбы. Однако существа, оставившие эти следы, были не особо умными: австралопитек обладал маленьким мозгом, по строению подобным мозгу шимпанзе. Но все-таки он развивался медленно, в течение продолжительного периода роста — иными словами, у Люси и ее сородичей было растянутое детство, как у нас, что является еще одним фирменным признаком человека.

Ардипитек и австралопитек дали начало пышному родословному древу гоминин. Не надо представлять его себе как простую лестницу: от ардипитека произошел австралопитек, а от него современные люди, по стройной схеме «бабушка — дочь — внучка». Наше родословное древо больше похоже на куст с пышным и колючим клубком предков и родичей. Первые несколько миллионов лет нашей истории этот куст был прочно укоренен в Африке, прародине человечества. Изначально люди были эндемичной группой, ареал которой ограничивался Африкой — именно там появились все наши крупные инновации, включая прямохождение, увеличение мозга и использование орудий труда. Мы освоились в Африке и вплелись в ее ткань, став такими же коренными обитателями саванн, как львы, слоны и газели. Не позднее среднего плиоцена, около 3,5 млн лет назад, в Восточной и Южной Африке уже сосуществовали многочисленные виды гоминин. По правде говоря, это логично: как сейчас существует много видов кошек и собак, так и людей тогда было много видов. Подобное разнообразие было нормальным для человечества и сохранялось до самого недавнего времени. Наш современный единственный вид Homo sapiens отражает самый низкий уровень нашего разнообразия и являет собой редкое исключение из исторической нормы.

Череп австралопитека, раннего представителя гоминин и нашего близкого родича.

Фотография Жозе Брага и Дидье Дескуа

Все это невероятное разнообразие ранних людей было обусловлено рационом. Различные виды гоминин специализировались на разных видах пищи, которую добывали и обрабатывали разными способами. Древнейшие гоминины, вероятно, мало отличались от других обезьян и питались со шведского стола из плодов, листьев и насекомых. Переселившись из лесов в лесостепь, а затем в саванну, некоторые из них перешли на твердую пищу и обзавелись массивными челюстями, усеянными огромными коренными и предкоренными зубами для растирания жестких кореньев и клубней. В некотором смысле они стали человеческим аналогом гипсодонтных лошадей из саванн Америки. Другие изменили питание еще более радикально — начали есть мясо. Первые плотоядные люди оставили свою визитную карточку: кости животных со следами разделки каменными орудиями впервые появляются 3,4 млн лет назад, чуть более поздним временем датируются находки самих орудий. Это начало археологической летописи. Теперь о нашем присутствии свидетельствуют не только окаменелые кости, зубы и отпечатки ног, но и вещи, которые мы изготавливали.

Пара австралопитеков оставляет следы в Танзании, ок. 3,7 млн лет назад.

Фотография Библиотеки Американского музея естественной истории

Поедание мяса совершило переворот. В мясе гораздо больше калорий, чем в листьях и букашках, и эти калории питали более крупный мозг. Обильные, сытные трапезы означали также, что люди стали тратить меньше времени на поиск пищи, а также меньше времени и энергии на извлечение питательных веществ из кореньев и зелени. Их зубы и жевательные мышцы уменьшались, благодаря чему у нас теперь узкие лица и дружелюбные улыбки. Чем больше досуга, тем больше возможностей общаться, учиться самим и учить других — а это уже начало нашей культуры. Между тем изготовление орудий тоже было переворотом. Человек стал первым животным, которому не нужно ждать, пока естественный отбор даст ему новые инструменты — зубы, когти и прочее — для добывания пищи. Мы сами могли изготовить рубила, скребки и молотки. Такое разнообразие орудий, а также наша всеядность и постоянно растущие аппетиты помогли обеспечить нам наивысшую приспособляемость. Два миллиона лет назад люди в Африке обитали в калейдоскопе разнообразных сред: лугов, редколесья, озерных берегов, саванн, сухих степей и гарей.