Еврейский взгляд на русский вопрос

Я познакомился с сионистами в лагерях, знаю и теперь и хочу заявить, что глубоко их уважаю, искренне сочувствую их усилиям и никогда не испытывал в дружбе с ними даже внутренних немых противодействий. Это все – религиозные люди. Сионизм – за самоопределение и всех других народов. Сионизм – противен (взаимно) большевизму с его первых дней…

Скажу больше: за последний год (осень 1967-го – осень 1968-го) главный вклад в русскую свободу совершали именно евреи. Кто остановил поток «полузакрытых» лживых политических процессов, отрубил это щупальце осьминогого? Павел Литвинов и Лариса Богораз. (Не преувеличу, если и обращение «К мировому общественному мнению», не прикрытое капризами Самиздата, протянутое бесстрашною рукою перед фотоаппаратами чекистов – рубеж советской истории.) Кто те адвокаты, впервые за 45 лет от уничтоженного ползания вставшие на гордые ноги? Каминская и Золотухин, Якир и Ким, Копелев и Балтер – все главные московские интеллигенты, удостоенные партийной кары – евреи. Какой литератор бежал за границу не воли искать для себя, но оттуда насмерть биться пером? Аркадий Белинков, еврей. И, наконец, кто те семеро отважных, кто потянул, погнал свои чугунные ноги на Лобное место 25 августа 1968 года? – не для успеха, и не веря в силу протеста, но жертвой своею смыть русское имя от чехословацкого позора? Вот они: Лариса Богораз, Павел Литвинов, Константин Бабецкий, Виктор Файнберг, Владимир Дремлюга, Вадим Делонэ и Наташа Горбаневская. Евреев – больше половины! И не забудем: их – полтора процента населения…»

Эти яркие цитаты указывают на понимание и благожелательность автора. Обратимся к самым непримиримым ругателям Солженицына: скажите, такое мог написать юдофоб? Давайте поищем таких высказываний у Шульгина и Шафаревича, давайте прочешем журнал «Наш современник»… Продолжим внимательное чтение:

«Схема его – на второй день будущей России – рисуется мне так:

1) свободный выезд в Израиль всем желающим;

2) для всех остающихся и заявляющих себя русскими евреями – полная религиозная свобода, культурная автономия (школы, газеты, журналы, театры). Ни в чем не мешать им ощущать себя нацией! Но в занятии высших государственных должностей – примерно те ограничения, что и сегодня…