Еврейский взгляд на русский вопрос

Мы назвали Александра Завеновича богословом, хоть не писал он толкований к Писанию и не пришел еще к своему теологическому трактату. Но его слово проникает в саму суть, а не растекается скучной и бездушной аналитикой, как обычно у философов последнего времени. Слово Мирзаяна вмещает единовременно чувственный накал, красоту формы, но утверждает именно главенство Истины. Ему чуждо самодовольное литературное красавничество или «вольнодумное» вопросничество перманентно сумливающегося профессионала политической корректности. Никогда не грешит лишним словом, ибо «словом Г-сподним небеса соделаны», как сказано в любимом им стихе из Псалтири. Он не пытается украсть кусочек духа, чтобы низринуть его и усладить им мертвое и грешное и не тщится познать истину через нагромождение бесчисленно дробящегося множества исподнего и бренного. Нет, он нисходит к нам, чтоб руку протянуть и вместе ввысь идти по Лествице Яакова к единому и целому, а не умствовать выводами из изучения природы содержимого близлежащей выгребной ямы.

Вот что несет нам Мирзаян. Вчитайтесь и вслушайтесь:

«Да, я хотел сказать: – Остановись,покуда сам не ощутил всей кожей,как дорога, как дорога нам жизнь,когда открыл, что истина дороже»;

Истина дороже жизни… Смысл жизни начинается с понимания того, что выше и существеннее ее самой. И вот тогда жизнь становится осмысленной и обретает настоящую ценность. Ведь постижение смысла жизни и счастья начинается с жертвенности, без коей нет приближения к истине и к Творцу.

Пожалуй, только ему из ныне живущих удалось подойти к разгадке таинства русско-еврейского симбиоза. Александр Завенович любит приводить в своих выступлениях слова Ивана Грозного: «Русский менталитет, это мессианский менталитет спасения мира – это христианский менталитет, причем очень замешанный, конечно, на Ветхом завете, поскольку все наше отечество росло на псалтыре Давида в течение 1000 лет. И Иван Грозный, когда ему Курбский писал, уже бежав отсюда: «Дывись, Ваньку, як живут люди-то в Европе, давай и мы так будем жить, давай как Европа жить». На что ему Иван Грозный пишет: «Ты меня, сукин сын, будешь учить Европе, а Россия не есть Европа, Россия есть Израиль». О как! И что у нас строят после Ивана Грозного, уже во времена Романовых? Новый Иерусалим у нас строят, и речка Иорданька там бежит… Так почему Израиль? Да потому что новая нация нового Израиля, мессианский народ. И в русском человеке заложена идея спасения мира, а не господства в мире. Вот это надо очень четко понимать. Если кто-то себя считает русским, то в нем должна быть именно идея спасения мира, а не господства в мире».

Не подумайте, что Миразян проповедует вымещение русскими народа Израиля. Ему ведомо, что никакие перемены событий и грехопадения людей не могу изменить объявленного Создателем избранничества Израиля, сиречь направленного не на господство, а на спасение. Но он также проник в глубину слов Творца через пророка Исайю о Кире грядущем, нареченным Мессией, ибо он со своим народом встанет одесную Израиля в мессианском действе. Александр Завенович не читал хранящихся в ивритской тайнописи мессианских предсказаний Виленского Гаона, но приблизился в своих поисках истины к откровениям мудрецов Израиля.

Его оценка русско-еврейского грехопадения 1917 года покажется шокирующей: «Коммунизм и 17-й год – это абсолютно славянофильская идея, победа славянофильской идеи, антизападничество, махровое антизападничество, которое транслировали Бакунин, Ткачев, Морозов и все наши славянофилы от Киреевского, Данилевского, Хомякова и Аксакова. Вот оно трансформировалось в такую немыслимую вещь, причем эта революция была двух библейских народов. Это русско-еврейская революция. И евреи почувствовали собственный дух, только тот, библейский, антизападнический, антистяжательский. Что в Библии пророки говорят? Они вечно борются с золотым тельцом, они борются с Западом, то есть, с западными приоритетами, с цивилизацией потребления, с цивилизацией богатства, и так далее. И Тора, или Ветхий завет, она категорически против этого, так же как и христианство. И вот два народа провозгласили определенные ценности, но пошли другим путем, произошла подмена».

Это слова из интервью, а не написанный Александром текст. Нет, вы не найдете в них оправдания грехопадению в безбожный коммунизм. Но вы получите через них ответ на вопрос, почему мы так тоскуем сегодня по ушедшим советским годам. Мы жили в обществе, поставившем во главу альтруизм, а не потребительство. Только сегодня начинаем признавать, как много доброго в нем было. Нисколь не умаляя его грехов и не каясь нисколь в нашей причастности к схоронению зла коммунизма. Напомним, что Александр Завенович не безмолвствовал в те годы, а был с жертвами репрессий режима и сам жил в опале. С высоты своего постижения он доносит до нас истину о том светлом, что следует вспомнить и взлелеять из советского прошлого, но сам он вовсе не оттуда…