Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

Затем он рассуждает о необходимости противодействия Священному синоду: «L’Orient sera-t-il Russe ou international? Voilà la question. International par l’Angleterre, la France et la Russie: les deux premières de ces puissances peuvent imposer comme il leur plaît un régime de justice et de liberté, en exigeant après l’occupation à trois de Constantinople, l’établissement d’un régime à trois tant à Constantinople qu’à Jérusalem: la création sur l’Adriatique d’un état de garantie contre le Saint Synode et enfin la réconstitution d’une Pologne réellement indépenante et don’t les peuples à quelque confession qu’ils appartiennent seront libres.

Pour une oeuvre de ce genre toutes les forces libérales et révolutionnaires de l’Europe sont prêtes à se mettre en mouvement. L’Angleterre manquerait-elle pour la première fois au rendez-vous???»[154]

В беседе с Грэмом Делонкль сказал, что общественное мнение во Франции, возможно, питает сильное нерасположение к планам России утвердиться в Константинополе. Парламентарии не верят, что ей это позволят; все считают, что в конце концов там учредят международное правление в той или иной форме. Делонкль считает, что, если Россия завладеет Константинополем и проливами, прошлая политика Великобритании будет доведена до абсурда. Любая великая держава, которая владеет Дарданеллами, может сделать пролив неприступным. Маленькие Балканские страны будут отданы на милость России, которая будет доминировать над всем Ближним Востоком и Восточным Средиземноморьем. Странный исход долгого конфликта из-за Багдадской железной дороги, если она получит конечную станцию на территории России, на Босфоре. Если Россия утвердится не только на Кавказе, но и на Босфоре, Месопотамия окажется бесполезной для Англии.

Как сообщают из надежного источника, здесь (в правительстве) питают опасения, что Италия может принять Трентино в качестве взятки от Австрии за свой нейтралитет и в конце войны попытается шантажировать Францию, чьи войска будут истощены. Италия потребует другие уступки своим амбициям на Адриатике и в других местах.

Жан Дюпуи, вице-президент Сената, несколько раз бывший министром (торговли и промышленности, общественных работ, почт и телеграфов и т. д.), а теперь владелец издания «Пти Паризьен», получил письмо от А. Маргиломана, председателя Консервативной партии Румынии, в котором тот выражает протест по поводу обвинений, выдвинутых против него газетой Клемансо «Скованный человек» и другими. Его обвиняют в том, что он якобы германофил. Маргиломан утверждает, что положение Румынии очень опасно и трудно. Она помогала России в войне против Турции 1877 года, и в результате по требованию России на Берлинском конгрессе ее вытеснили из Бессарабии. Если Румыния объявит войну, чтобы получить Трансильванию, возможно, ею снова пожертвуют из-за требований сохранить целостность Венгрии ради политического равновесия. Больше всего Румыния боится Россию, а обещаниям России веры нет. Если Англия даст официальные заверения, что Румыния получит Трансильванию, будет ограждена от нападок Болгарии и сможет защищаться, Маргиломан склонится в пользу того, чтобы страна немедленно присоединилась к Антанте.

Далее Маргиломан пишет, что, судя по сведениям из российской прессы и заявлениям Думы, Россия, при согласии Англии и Франции, собирается захватить Константинополь и проливы, что отдаст румынскую торговлю всецело на милость России. Экспедиция в Дарданеллы не убеждает Румынию, и ей необходимо проявлять большую предусмотрительность.

Вторжение болгарских отрядов на сербскую территорию — ясное указание на желания правительства Болгарии. Если Константинополь скоро будет взят, это умерит храбрость Фердинанда[155] и его друзей. Его свергнут или обяжут примкнуть к своему ненавистнику из России.

8 апреля 1915 г. Уинстон Черчилль вмешивается в дела повсюду; он пагубно импульсивен. Говорят, на него произвели такое сильное впечатление первые обстрелы крепостей на Дарданеллах корабельными орудиями, что он сразу же потребовал обстрелять Гельголанд и Куксхафен, совершенно забыв о том, что в их обороне участвуют немецкие корабли, в то время как у турок нет ничего достойного, кроме «хромых уток» «Бреслау» и «Гёбена».

9 апреля 1915 г. Будет превосходно, если запрет короля на спиртное в его дворцах вызовет умеренность среди рабочих классов. Но мне кажется, что попытки предотвратить, по закону или административными мерами, потребление спиртного — крепких напитков и пива — рабочим классом окажутся опасными и глупыми. Они вызовут очень сильное недовольство, если не хуже; более того, в силу привычки или по законным причинам алкоголь в каком-либо виде или пиво почти незаменимы. Если сокращение алкоголизма сочтут требованием национальной безопасности и пабы придется закрыть, работодатели вынуждены будут выдавать ограниченное количество спиртного тем своим работникам, которые его потребуют, с вычетом стоимости из их заработков.