Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

2 июня 1915 г. Сегодня у меня был Жан де Кастеллан: он собирается отправиться в Италию, где будет служить в авиации. Он сказал, что британские солдаты сражаются как львы; хвалил он и канадцев. К сожалению, из-за недостатка нужных снарядов британские атаки захлебываются. Жан де Кастеллан говорит, что за один день боев французы выпустили 170 тысяч снарядов из 75-мм орудий, и я забыл, сколько тысяч выпущено из 150-мм орудий.

3 июня 1915 г. Итак, К. получает орден Подвязки, который он так хотел, а титул герцога откладывается.

Из Дарданелл доходят слухи: узнав, что турки, по наущению их немецких офицеров, калечат раненых, австралийцы сражаются беспощадно и пленных не берут. Австралийцы дерутся отважно, но не слишком дисциплинированны. Как-то раз их батальону приказали занять вражеские окопы, что они и сделали. Затем им велели окопаться самим; они ответили офицерам: «Вы что думаете, мы сюда копать приехали? Мы приехали драться», и отправились дальше, преследуя, хватая и убивая бегущих турок и немецких офицеров. В самом деле ожидается, что Дарданеллы возьмут путем сухопутной операции уже через месяц! Будем надеяться, что это не очередное ложное пророчество.

4 июня 1915 г. Поистине британские министры заставляют меня краснеть за свою родину. Даже Гренвилю, принадлежащему к той же партии, стыдно за выходки канцлера Казначейства. Для него и его спутников зарезервированы специальные купе от Парижа и целый вагон, который идет по кольцевой дороге вокруг Парижа к Лионскому вокзалу. Ожидалось, что они отужинают там в 7 вечера, поэтому в Марселе к составу пришлось прицепить вагон-ресторан. Поскольку канцлер Казначейства отказался ужинать ранее 8 вечера, поезд должен был отправиться в 20.05. Когда оказалось, что в таком случае он либо пропустит поезд, либо останется без ужина, он решил поужинать в 19.15 в вокзальном отеле; они не купили билетов и не предложили заплатить за себя, и еще были недовольны тем, что в их распоряжение не выделили весь вагон. Полагаю, отказ в платеже вызван тем, что ему не понравилась мысль о возврате денег через свой же департамент. Скорее всего, в результате заплатить и требовать возврата денег придется посольству.

Здесь много говорят о наступлении, которое должно вытеснить немцев из Франции в этом месяце, но разговоры о том, что их прогонят, продолжаются уже полгода. Говорят, что в России дефицит снарядов и даже ружейных патронов и что солдаты, faute de mieux[187], сражаются разномастным оружием. Кроме того, ходят слухи, что здесь не хватает крупнокалиберных снарядов.

19 июня 1915 г. Эшер, по его словам, выступает посредником между двумя фельдмаршалами: он побывал в Сент-Омере и разъяснил Френчу точку зрения К. Поездка Френча в Лондон в сопровождении Ярда-Буллера стала неожиданной и неприятной новостью. Китченер передал их предложения, с которыми он не согласен, Френчу, который полностью их отверг, утверждая, что лично он не имеет к ним никакого отношения. Френч пытается подкупить Китченера 200 тысячами британцев в особом подчинении, отдельном от ставки в Сент-Омере. Предложение ни к чему не привело, и все доступные войска, видимо, отправятся в Дарданеллы. Эшер передал в Сент-Омер заверение Китченера, что его единственная цель — окончить войну как можно скорее, безотносительно к личным вопросам, и он надеется, что Френч придерживается сходных взглядов. Такие заверения не совсем сочетаются с восстановлением в должности пяти из шести отставленных генералов и повышением шестого на родине. По словам Эшера, он не думает, что Асквит вникал в разногласия между двумя фельдмаршалами, когда был в Сент-Омере. Френч сделал глупость, послав в Лондон гражданское лицо, чтобы донести свою точку зрения до Асквита, Черчилля, Бальфура и других. До сентября не будет достаточного количества снарядов для Фландрии. Все, что можно, должно отправляться в Дарданеллы. Эшер уверяет, что разногласия между двумя фельдмаршалами временно улажены, но они вскоре наверняка снова проявятся; он не питает оптимизма в связи с создавшимся положением.

20 июня 1915 г. Похороны несчастного летчика Уорнфорда[188]должны были пройти в Версале, и мне предстояло на них присутствовать. Все изменилось, поскольку завтра утром тело должны перевезти в крытой повозке на вокзал Сен-Лазар, а оттуда на поезде в Дьепп и далее в Лондон.

Толпы людей загорают сегодня на Елисейских Полях.

По сообщениям, зрение у Грея улучшается, но он еще какое-то время не вернется на службу.

21 июня 1915 г. На улице Риволи встретил мадам Гедо, первую жену Кайо; мы вместе пообедали. Мы с ней не виделись и не разговаривали больше года. Она интересная женщина и была красавицей — родилась в Луизиане во французской семье. Она считает, что после победоносной войны Францию ждут большие перемены.