Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

Сегодня ужинал в «Карлтоне». Я по парижской моде был в смокинге. Ресторан оказался переполнен. Внутри ничто не напоминает о войне, кроме нескольких посетителей в военной форме и нескольких прихрамывающих. Все остальные выглядят как в мирное время: низкие вырезы (очень низкие), почти все мужчины в вечерних фраках и большинство в белых жилетах.

28 октября 1915 г. Сегодня видел Лансдауна и Джорджа Керзона; за обедом встретился с Ллойд Джорджем. За столом сидели хозяин дома Мюррей, Рединг, Каудрей и Эрик Драммонд, бывший личный секретарь Асквита; он сменил Тиррелла у Грея.

Завтра сюда приезжает Жоффр, который должен увидеться с Китченером. Рад, что новое правительство возглавит Бриан.

Глава 16Ноябрь-декабрь 1915 года

Париж, 2 ноября 1915 г. Делаю визиты новым министрам; никого из них я прежде не видел.

За обедом были два гостя: член парламента Ходж и военный атташе. Ходж, кажется, очень разоткровенничался в Лионе и в других местах, стараясь произвести впечатление на французскую аудиторию: если бы не защита британского флота и не помощь, оказанная нашими экспедиционными силами, примерно в шесть раз больше, чем обсуждалось на англо-французских консультациях, Франция была бы выбита из игры и очутилась бы под пятой прусского сапога. Поскольку он все время намекал на наши бескорыстие и великодушие, я заметил, что простой человек мог бы ответить следующее: спасая Францию, мы спасали самих себя, ибо, если бы Францию разбили, за ней настал бы наш черед.

3 ноября 1915 г. Вчера нанес визит Бриану. Он сказал, что я достаточно хорошо знаком с его политикой и нет необходимости разглагольствовать по этому поводу. Он не склонен к излишнему оптимизму по поводу Балкан, но решил бороться до конца. Я видел его сегодня еще минуту, когда возвращался от Жюля Камбона. Ему не очень понравилась речь Грея, которую я не читал в газетах. По его словам, Грей обвиняет Францию в промедлении, чего на самом деле не было. Я мог ответить лишь одно: козел отпущения всегда под рукой, и почему бы не французский козел отпущения? Нужно прочесть, что же сказал Грей.

Жюль Камбон сожалеет о том, что согласился занять свой пост[236], так как он считает, что у него недостаточно авторитета. Я предположил, что он, во всяком случае на основании своего большого опыта, понимает, когда кабинет собирается совершить очередную глупость. Мы с ним придерживаемся одинакового мнения по поводу безрассудных поступков, совершенных в прошлом, и по поводу невообразимой глупости Сазонова и компании. Все думают, что его отправят в отставку, но его предполагаемый преемник — реакционер!

В Шантийи приехали начальник Генштаба и сэр Арчибальд Мюррей, чтобы разъяснить взгляды Китченера. Они оказались не слишком покладистыми, поэтому представители французского правительства сказали Жоффру, что ему лучше поехать в Лондон и довести до конца спор с Китченером и компанией, что он и сделал, причем сделал успешно! Хотя Галлиени, в бытность свою военным комендантом Парижа, принижал значение Жоффра, не думаю, что, став военным министром, он отважится снять Жоффра с поста командующего фронтом. Жоффр слишком популярен в армии и в народе.

По словам Жюля Камбона, некоторые французские финансисты, которые пекутся о своих денежных интересах, намекают на то, что неплохо заключить мир с Германией. Л., который общается с финансистами, скорее всего, евреями, всегда утверждает, пусть и безосновательно, что существует движение за мир; в народе и в армии дело определенно обстоит не так.

Ланкен, немец, который ускорил расстрел мисс Кэвелл, в прошлом служил здесь советником посольства. Он был посредником незаконных переговоров Кайо с Берлином за спиной Радолина, Жюля Камбона и де Сельва[237], и именно ему немецкий МИД поручил задачу перед самым объявлением войны поведать послу Франции о том, что его сотрудники не должны ужинать в берлинских ресторанах.

Рядом с Министерством иностранных дел я сегодня утром встретил Жоффрея, посла в Мадриде. Он уверяет: нет совершенно никаких оснований обвинять короля Испании в прогерманских настроениях.

Глава кабинета при Бриане — некий Бертело, который в молодости служил в консульстве в Лиссабоне, а теперь Sous-Directeur[238] в МИДе.

Получил длинное письмо от Розбери — длинное для него; жаль, что мы с ним разминулись, когда был в Лондоне.

4 ноября 1915 г. Прощальный визит Мильерана с благодарностью за хорошие отношения. По его словам, какими бы ни были чувства и пожелания Галлиени, Жоффр останется.