Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

Новый морской атташе в Риме, который едет туда сегодня, рассказывал, как была потоплена немецкая подводная лодка, которая остановила американский корабль «Баралонг», везший мулов. Когда капитан и часть экипажа подводной лодки перешли на захваченный корабль и готовились его потопить, к кораблю подошел якобы рыболовецкий траулер вполне невинного вида. Траулер вышел из-за корабля, потопил подводную лодку, а корабль взял на абордаж. Все члены экипажа германской подлодки, которые находились на корабле, были убиты. Когда один из немцев запросил пощады, ирландец, капрал морской пехоты с траулера, проткнул его штыком со словами: «Помни „Лузитанию“!» Капитан подлодки прыгнул за борт, надул спасательный воротник и закричал: «Сдаюсь!», но его застрелили. Американский врач, который находился на борту корабля, дал письменные показания под присягой об обстоятельствах дела. Его показания переслали правительству Германии. Правда, немцам не удастся применить документ в свою пользу. Уничтоженная подводная лодка ранее потопила «Арабик», хотя немцы клялись, что корабль подорвался на мине, а не вследствие торпедной атаки, пусть даже американцы тогда и приняли объяснения немцев. Если Германия подаст в суд на основании полученных письменных показаний, ей придется признать, что ранее она лгала, и возобновится конфликт с Соединенными Штатами. Доказательство двойного пиратства заключается в том, что капитан немецкой подлодки признался капитану захваченного корабля: он собирался обойтись с кораблем, перевозившим мулов, как с «Арабиком».

16 ноября 1915 г. Здесь состоятся консультации. Сегодня в 10 часов я получил телеграмму, в которой сообщается, что Асквит и его спутники сегодня в 20.00 сядут в Булони в специальный состав, который прибывает в Париж в полночь. Так было задумано.

Что скажут Фишер и Китченер в ответ на самооправдания Черчилля?

Вчера вечером О’Бэрн прибыл в Париж. Телеграммой его просили вернуться в Лондон как можно скорее. Он возвращается завтра. Сегодня он приходил к обеду. Он думает, что должен представлять Грея на военном совете, но это — секрет Полишинеля. Он рассказывал о замешательстве в МИДе. Обсуждали преемника Николсона, но довольно туманно, и упоминали Рональда Грэма[246]; он неплохой кандидат. Следующим кандидатом в списке должен быть О’Б. Ему 49, а Рональду Грэму — 45.

Только что узнал, что сюда направляются Асквит, Грей, Артур Бальфур, Ллойд Джордж и их свита. Они прибудут в полночь. Думаю, что уедут они утром в четверг.

17 ноября 1915 г. В число сопровождающих министров лиц входят Робертсон, генерал Колуэлл, сэр Г. Джексон, адмирал Оливер, Хэнки, полковник Ли, Джордж Кларк и Бонэм Картер. Совещание назначено на сегодняшнее утро.

Мы получили известие из Манастира: сербские войска эвакуируют Бабуну и Прилеп. Сербские военные власти боятся, что падение Манастира, вполне вероятное, грозит сербской армии уничтожением. Они просят две британские бригады, чтобы помочь им удержать новые позиции.

18 ноября 1915 г. На вчерашней конференции на набережной Орсэ было решено, что нашу 26-ю дивизию, которая направлялась в Александрию, переведут в Салоники, а 28-ю дивизию, которая уже находится в Александрии, перебросят в Салоники, как только появится подходящий транспорт.

Два правительства договорились ждать возвращения Китченера, а потом принять решение относительно Галлиполи.

19 ноября 1915 г. Очевидно, король Греции надеется либо на конечную победу Германии, либо на ничью. Китченер должен провести с ним беседу.

24 ноября 1915 г. Следующие известия я получил от сотрудника шведской миссии, который недавно вернулся из Берлина: в Берлине их уверяли, что Париж в ужасном состоянии, все закрыто и все подавлены. Приехав сюда, они с удивлением увидели, что в Париже жизнь продолжается без особых изменений, театры и рестораны открыты, магазины на рю де ла Пэ торгуют, на улицах полно народу — и никакой подавленности. Сотрудники шведской миссии сказали, что Берлин, по сравнению с Парижем, — мертвый город. Хотя тамошние газеты трубят об успехах Германии на Балканах, чтобы подбодрить публику, среди людей мыслящих набирает силу убеждение, что Германии не удалось достичь своих целей.

25 ноября 1915 г. Из Лондона постоянно спрашивают, настроена ли Франция продолжать войну. Думаю, что подобные поручения, связанные с наведением справок, неблагоразумны, так как вызывают здесь ощущение, что Англия сомневается в верности Франции своему слову. Общее чувство таково, что мы — спасители Франции и что, несмотря на разные взгляды на то, как лучше разбить Германию, мы — хорошие и верные союзники, и безопасность в будущем, как и в настоящем, зависит от тесного взаимопонимания двух стран ради защиты их общих интересов.