Фронтовое причастие. Люди и война

Он терпеливо ждал, не отрывая взгляда от лица ведьмы, впавшей в транс. Четырежды высыпался золотистый песок из часов в руках пластмассового голема, похожего на манекен из магазина готового платья, и четырежды магическим образом оживлённое создание переворачивало их.

Наконец БГ пришла в себя. Выглядела она смущённой, как провинившаяся школьница.

– Простите, маг-хранитель, – произнесла она. – Мне нечем вам помочь.

– Совсем нечем?

– Совсем.

– Шар ничего не показал? Не может такого быть!

– Шар дал мне имя Джона Юза. Но сколь я не пыталась найти связь, она ускользала. Её нет ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем…

– То есть как это?

– Как будто Джон Юз исчез. Нет, память о нём ещё теплится, но астрального тела я не смогла засечь ни в одном из миров. Он как бы есть, но его как бы нет. Это как ловить ветер растопыренными пальцами – касание чувствуется, а удержать не получается…

– Ну, спасибо и на том. – Вайс полез во внутренний карман. – Примите, Божена Николаевна, в знак признательности за ваш труд.

Маг раскрыл ладонь, и оттуда слетела бабочка, сверкающая изумрудной и рубиновой пыльцой. Она перелетела на шляпу ведьмы и застыла там уже навеки.

Возвращаясь, Вайс беспрепятственно миновал пещеру, где изнурённые чтением стихов адепты БГ лишь вяло переругивались меж собой, споря за клочки бумаги, в которые превратились распечатки.

На лестнице в сорок ступеней внезапно голосом Жанны Бичевской запел телефон.

Вальдемар глянул на экран.

Жорж.

И чего он хочет?

– Вайс! – загремел в ухе жизнерадостный голос. – Ты сейчас меня проклянёшь!

– Что ты хотел? – устало ответил маг и запоздало добавил. – Будь ты проклят…

– Один вопрос!

– Ну давай.

– Если поймал краба, это охота или рыбалка?

– Если ты краба – охота. Если краб тебя – рыбалка. – Вайс отодвинул подальше весело хохочущий телефон. – Это всё?

– Всё!

– Тогда до связи.

– Нет, подожди! Загляни ко мне в лабораторию завтра часам к одиннадцати. Устроит время?

– Зачем?

– Увидишь. Щорс тоже там будет. Всё! До связи!

Жорж отключился.

Вальдемар вздохнул и продолжил подъём. Ему ещё предстояло вызывать такси на северную окраину Донецка, а это по плечу не всякому магу.

3

Лаборатория, которой руководил выдающийся криптоучёный Донецка Жорж Водопольев, занимала помещения, некогда предназначенные для одной из станций метрополитена – долгостроя, так и не запущенного в работу.

Почему криптоучёный?

Да потому, что гениальный самородок, несмотря на весьма специфическое чувство юмора, раздражавшее порой Вайса, брался за проблемы, от которых отмахивались поколения академических учёных, и с успехом находил единственно возможные решения, причём в кратчайшие сроки. Чего стоил только химпрепарат, позволявший обеззараживать водопроводную воду от любого из попавших в неё отравляющих веществ. С учётом агрессивной риторики противника, это изобретение могло спасти десятки тысяч жизней граждан Республики. Сейчас группа учёных работала над «умной» бронёй, которая, будучи мягкой и гибкой, могла бы структурироваться и приобретать прочность, близкую к абсолютной, с момента контакта с инородным телом. Водопольев утверждал, что будущее армии за комбинезонами из такого материала.

Попасть в лабораторию не составляло для Вайса ни малейшего труда. Жетон, полученный от помощника коменданта по науке, открывал любые двери.

Заведующий с неизменной зубочисткой во рту встретил его у входа и повёл в святая святых – центр сверхсовременных разработок. По пути Жорж весело болтал, по обыкновению размахивая здоровенными, как грабли, руками.

– Вон там мои ребята мастерят сканер инфракрасного излучения повышенной чувствительности. Если поставить такой на дрон, мы сможем вычислять каждого укросолдата. Да что там солдата! Каждый их окурок будем видеть! А ещё я хочу сделать головку самонаведения для УРСа[9], которая искала бы сало! Представляешь? Это будет ещё и психологическое оружие. И какой силы! Я назову его СЖ – «Салоборец Жоржа»! А там мы препарируем киборга. Свеженький, только что из аэропорта. Нет, они точно используют какие-то мутогены! Трепанация показала – мозг уменьшается в размерах, покрываясь скорлупой, как кокосовый орех. Только по твёрдости она не уступает титановым сплавам…

Наконец они оказались в округлом кабинете, напичканном аппаратурой, как рубка космического корабля. Четверо инженеров в белых халатах вскочили, выказывая уважение к магу-хранителю, которого давно знали и слегка побаивались.

– О! Вот ещё сюрприз, Вайс! Попробуй наложить заклятие на любого из моих помощников.

– Зачем?

– А ты попробуй! Давай, не бойся!

– Да с чего мне бояться?

– Тогда попробуй. Вот хотя бы на Юльку! – Жорж ткнул пальцем в привлекательную брюнетку с лукавой улыбкой. – Попробуй её приворожить или как там у вас колдунов это называется?

– До сих пор как-то обходился… – пожал плечами Вальдемар. – Ты, кажется, перепутал меня с каким-нибудь «чулковским» шарлатаном.

– Ой, брось… Все вы одинаковые!

– Ну, началось.

– Но ты же можешь внушить человеку страх, почтение, ненависть, любовь…

– Могу. Но последнее запрещено конвенцией Зильберштейна-Шендеровича.

– Тогда просто напугай Юльку.