Фронтовое причастие. Люди и война

– Идеальное сочетание – патриот Донбасса и металлург по первому образованию в теле англоязычного джентльмена, похожего на Джона Хьюза, как родной брат, – добавил Вальдемар. – По крайней мере, на памятник похожий.

– Но Линкольна, кажется, застрелили… – возразил Жорж.

– Это даже к лучшему, – продолжал Тополин. – Не будем мешать америкосам убивать своих лидеров. Саша изучил всю информацию об убийстве, имеющуюся в открытом доступе. Всю ночь сидел. Он внедрится в сознание Линкольна за месяц до того как. Как говорится, предупреждён – вооружён. Думаю, он сумеет сделать так, чтобы убийство в опере было сымитировано и все поверили. А сам же, инкогнито пересечёт океан, явится в Санкт-Петербург, добьётся аудиенции у великого князя и инициирует создание Новороссийского акционерного общества.

– Должен заметить, Александр, – вмешался Вайс, – что некая часть сознания Честного Эйба останется и будет сосуществовать с тобой. Думаю, это не помешает. Знание разговорного английского, законов и политических перипетий того времени только помогут тебе. Но будь готов к постоянной борьбе. Двум людям в одной голове ужиться нелегко.

– Я готов, – повторил Александр.

– Тогда, пожалуй, приступим.

6

Жорж Водопольев с лаборантами корпел над усилителем ментального поля. Последние штрихи перед запуском. Правда, учёные настаивали на предварительных испытаниях, но Тополин торопил – на войне, как на войне, не до перестраховок.

Майор ещё ночью одобрил план Вайса. Особенно в части использования американского президента. С одной стороны, отсекаются любые попытки Украины повторить финт с Юзом. Как можно воздействовать на прошлое человека, если не знаешь, кто он и откуда. А уж обеспечить строгую секретность в интересах Грея. Он приложит все усилия для сохранения тайны. А с другой стороны, какой щелчок по носу заокеанским инструкторам ВСУ!

Оба засланца ждали своего часа в глубоких креслах. Руки-ноги пристёгнуты ремнями, головы зафиксированы специальными хомутами. Жорж лично просверлил в височных долях Гадюкина два отверстия размером с десятикопеечную монету и вставил туда электроды, от которых тянулись провода к ментальному усилителю, напоминавшему масштабную модель комплекса радиотехнической разведки «Кольчуга», и к присоскам на висках Александра.

Аура мага-отщепенца по-прежнему клокотала ненавистью. Если бы не печать Жругра, магические скрепы разлетелись бы в пыль. Всё-таки силушки ему было не занимать. Такую бы мощь, да на добрые дела.

– Вот как раз и используем, – проворчал Вайс в усы, занимая своё место позади Александра.

– Первый готов? – командирским тоном провозгласил Тополин.

– Первый готов! – мгновение промедлив, ответил Жорж.

– Второй готов?

– Готов! – отозвался Александр.

– Третий готов?

– Готов, – кивнул Вайс.

– Даю нулевой отсчёт! Пять! Четыре! Три! Два! Старт!

Щёлкнул тумблер. Загудели трансформаторы. Вздрогнула и мелко завибрировала сетчатая «тарелка» излучателя.

Собрав силу земли и огня в тонкий, как игла, и прочный, как ванадиевый сплав, хлыст, маг наотмашь ударил по печати. Она пошла трещинами, но выдержала.

Ещё раз!

Получилось!

Сапфирно-синий знак рассыпался. Тут же лопнули и скрепы. Гавриил торжествующе замычал заклеенным ртом, намереваясь разнести всё вокруг, но электромагнитные потоки хитроумного приспособления Водопольева подхватили его безумную силу и толкнули по невидимому коридору-кишке. Так пуля, подгоняемая пороховыми газами, получает ускорение в дульном канале и отправляется в смертельный полёт.

Застонал Грей, выгибаясь в кресле, насколько позволяли путы. Должно быть, не слишком приятно, когда у тебя вот так вот по живому вытаскивают сознание, словно зуб без анестезии. Вайс не объяснил ему, что в теле Линкольна, кроме добровольца Александра и непосредственного хозяина Авраама, поселится ещё и разум Гадюкина. Хотя займёт он там не много места – всего одну треть, Грею теперь предстояла непрестанная борьба не только с американским президентом, но и донецким прозаиком, который считает себя непризнанным гением. Скрывать этот факт было несколько неэтично, но для дела полезно. Узнав правду, Саша мог, чего доброго, отказаться.

Астральное тело Грея напоминало своего владельца. Такое же угловатое, серо-зелёное с некоторой радужной «побежалостью», которая свидетельствовала о мятущейся душе художника слова. Длинные чёрные тяжи, похожие на постромки, соединяли его с аурой Гадюкина.

Вайс слегка подзадорил магической плетью этого унылого скакуна, отстающего от мага-безумца. В доли секунды они умчались по заданному направлению, чтобы отразиться от ионосферы где-то над Атлантикой и, словно пущенная в цель ракета, упасть на Вашингтон.

Вот и всё…

Теперь оставалось ждать результата.

Станут его смелая гипотеза и головокружительный замысел победными или все усилия напрасны?

Вальдемар достал из кармана платок и промакнул усы. Цокнул языком, глядя на алое пятно. В последние годы всё чаще и чаще любое магическое усилие вызывало у него кровотечение из носа. Старость? Или неведомая болезнь?