Галопом к столбу

соответствуют полностью.

- Не могу с вами согласиться, - возразил

Гончаров. - Пока вина Запрудного не доказана…

Лавровский остановился на пороге. Ему очень

захотелось спросить холёного, похожего на

лондонского денди прокурора, какие ещё

доказательства требуются, если во вспомогательном

поезде скрывались двое опасных преступников и

хранился пуд динамита? Новые убийства? Взрыв?

- А вы, господин Гончаров, анекдот про

околоточного

надзирателя

знаете?

-

поинтересовался он.

- Какой ещё анекдот? - от неожиданного

вопроса прокурор немного растерялся.

- Приходит к околоточному купчиха и

жалуется. Муж, дескать бьёт, а вчерась, пообещал

316

совсем убить. Околоточный в крик: «Как смеешь,

глупая баба, по пустякам начальству докучать?! Вот

когда убьёт, тогда и приходи».

Малинин не смог сдержать смешок. А

Карасёв, цепко ухватив Лавровского за рукав,

прошептал:

- Пошли, Лёша, пошли… Сколько раз

повторять надо: язык твой - враг твой. Итак ты из-за

него врагов уже много нажил.

- Не сдержался, - вздохнул Алексей. - Ну, да

ничего - бог не выдаст…

- Научил тебя присказке на свою голову, -

пряча улыбку, проворчал Карасёв. - Ладно, ребята,

поехали в «Черныши». Выпьем коньячку с устатку,

да вздремнём малость. Суббота хлопотная будет.

Глава 26

В кондитерской Трамбле

Нет, совсем не случайно хитрый француз

Коде-Октавий Трамбле подыскивая место для своей

кондитерской отдал предпочтение углу Кузнецкого

моста и Петровки. Эти улицы, подобно магниту,

притягивают к себе аристократок и купчих, жён

преуспевающих адвокатов и врачей, актрис и

кокоток… Короче говоря, всех представительниц

слабого пола имеющих деньги. С утра до вечера

здесь многолюдно. Кто-то приехал заказать платье и

бельё в мастерской самой лучшей московской

модистки мадам Маргариты Минангуа. Кому-то

срочно потребовались новые перчатки, а самый

317

богатый их выбор, как известно, только в магазине

Софи Пло. Любая женщина, оказавшись вблизи

Кузнецкого моста, сразу же вспомнит, что ей

необходимо купить… Купить… И даже если не

сумеет ответить на вопрос спутника: «Что, именно,

сударыня?», всё равно потащит его в «Парижский

галантерейный магазин Торбена». Ну, а после

покупки разве можно отказать себе в удовольствии

выпить чашечку кофе или горячего шоколада?

Правда, цены у Трамбле «кусаются». Но кто станет

мелочиться, если только что выложил пятьсот-

шестьсот рублей за новый бальный туалет,

заказанный у мадам Минангуа или изрядно

«сэкономил» приобретя его в магазине готового

платья «Город Лион»?

Утро выдалось замечательное. Мороз

стоявший целую неделю, заметно ослаб. Ярко

светило солнце. Выпавший ночью снег приятно

поскрипывал под ногами.

- Скверно, что слишком хорошая погода, -

сказал Малинин. - Публики очень много. Боюсь, у

Трамбле не окажется свободных мест, тем более, что

нам нужно не любое…

- Ерунда, - успокоил его Лавровский. - Я знаю

швейцара, он раньше в 1-м участке Мясницкой

части служил. Меня, признаюсь, волнует другое.

Все мои наличные капиталы - рубль с копейками. С

такими деньгами к Трамбле не ходят.

- У меня красненькая осталась. На игру

откладывал. Поставили бы завтра на Летучего - за

318

него рубля по два дадут… Но, ничего не поделаешь

- дело важнее.

- Какой Летучий, друг мой? Приз принца

Валлийского выиграет Молодец.

- Поговаривают, он сейчас не в порядке.

Разладился после прошлой езды.

- Мне сам Кобзев сказал, что первое место

возьмёт. А ему верить можно.

- Не будь наивным, Лёша! Кобзев, как и

многие наездники, склонен выдавать желаемое за

действительное.

- Не скажи! Помнишь, он прошлой осенью…

Спор, как и всегда в подобных случаях, грозил

затянуться до бесконечности. Но они уже подошли к

кондитерской.

Несколько свободных столиков в зале

имелось, но дюжий усатый швейцар учтиво

объяснял всем жаждущим их занять:

- Не серчайте, господа, только нет свободных

мест. А те, что сейчас не заняты, за постоянными

гостями оставлены.

Лавровскому швейцар обрадовался:

- Лексей Васильевич! Давненько мы с тобой

не виделись. Редко к нам заглядываешь. А тут

интересного поболе, чем в участке.

- Знаю, Никитич, - кивнул Алексей. - Одна

средняя дверь в вестибюле чего стоит… Только я

теперь не репортёрствую.

- Экая жалость!

- Ничего, я тебе своего приемника пришлю.

319

- Надёжный человек?

- Как я. И нежадный такой же. Дашь ему

хороший материал - гонораром не обидит.

- Премного благодарен. А то на жалованье

копеечное да чаевые грошовые семейство в достатке

содержать нелегко.

- Держи, - Алексей протянул ему свою

последнюю рублёвку.

- Отслужить чем могу?

- Можешь. Один из ваших постоянных гостей

нас интересует. Евгением Моисеевичем его зовут.