Газета Завтра 767 (31 2008)

Сегодня, когда фантом финансового кризиса бродит по планете, а мировой рынок при помощи рекламы и пиара штампует людские потребности как автомобильные покрышки, когда коммунистическая дальневосточная ядерная держава превратилась, по сути, в один огромный завод по производству товаров народного потребления и завалила недорогими игрушками, автомобилями и т.п. шмотками весь прочий мир — именно сейчас следует задуматься о будущем.

Совершенно очевидно, что доминирующий в развитых странах тип производства и потребления является расточительством, непозволительной роскошью для планеты и ведет к экологическому коллапсу, исчерпанию ресурсов планеты и т. д. Это общее место и здесь никому не надо ничего доказывать. То, что полуторамиллиардный Китай включился в потребительскую гонку — грозный признак. В затылок ему дышит Индия, за Индией спешит Индонезия. Рыночный угар продолжается, мировое общество потребления распухает, как дрожжевое тесто. Сonsumer society предполагает сверхгедонизм, возведенный в принцип, — гонку товаров. Всё это тысячами нитей связано с массовой культурой.

Дикая ротация вещей и автомобилей, непрерывные изменения моды, фактор "морального устаревания" того или иного предмета, стремительная смена "династий" телевизоров и холодильников, — всё это предельно сокращает срок эксплуатации той или иной вещи. Сами производители закладывают в товар свойства, рассчитанные на короткий цикл ротации. Так, например, любая современная стиральная машина рассчитана на определенный, довольно короткий, период жизни, после истечения которого она ломается раз и навсегда. Дешевле купить новую вещь, чем чинить старую.

Относительно недавний феномен одноразовой посуды, одноразовых полотенец и тому подобного "одноразового" производства как нельзя лучше символизирует данную тенденцию.

Конкуренция — как производителей, так и потребителей — приводит к пугающей множественности альтернативных товаров и услуг. Даже отпетые сторонники консумеризма не станут отрицать неустойчивость и потенциальную опасность подобной системы. Экологи правы: если в потребительскую гонку включится еще треть человечества — праздник быстро закончится.

Но что же будет дальше?

Очевидно, людям придётся вырабатывать новую культуру потребления, связанную с существенным снижением уровня такового. Сегодня аскетизм — не в почете и социально унижен. Но завтра, быть может, добровольный отказ от материальных благ станет признаком хорошего тона. Институт утилизации сломанной техники уступит место старому доброму ремонту. В жизнь вернется "бог ремонт" — как выразился когда-то писатель Булгаков.

Штопаные носки войдут в моду, но не это главное.

Главное — культура производства и потребления так называемых вечных вещей. В данном случае под вечностью надо понимать не бесконечность времени, но отрезок, соотносимый с длинной человеческой жизни. Так, крестьянская изба, способная простоять 100 лет, являет собой тип вечного жилища, чего не скажешь об обычном панельном доме, рассчитанном на куда меньший срок эксплуатации.

Производство таких "идеальных" вещей, способных прослужить много-много лет, потребует особого качества сборки и, вероятно, будет штучным. Данное направление представляет особый тип потребительской культуры. Главными становятся прочность, долговечность и качество вещи, а не её новизна и популярность.

Цена таких вещей, разумеется, резко возрастёт. Но общество в результате получит драгоценный ресурс, который перестанет бездумно проматываться в рыночной гонке.

И книги, и автомобили будут создаваться под заказ, строго в том количестве, в котором они необходимы. Приобретение такой "долгоиграющей", дорогой и драгоценной вещи станет, безусловно, событием для семьи, для рода. Этот "новый вещизм" немного напоминает кустарные времена, традиционное общество, Средневековье — но, между тем, в этой формуле таится возможное будущее.

Вполне вероятно, что идеология "вечных вещей" и есть одна из опережающих социально-экономических технологий, необходимых России.

Георгий Судовцев АПОСТРОФ

Василий ГАЛИН. Ответный сталинский удар (серия "Загадка 37 года"). — М.: Алгоритм, 2008, 272 с., 4000 экз.