Генерал В. А. Сухомлинов. Военный министр эпохи Великой войны

К этому времени в Финляндии находилось уже много эмигрантов, занимавших в прежней России видное положение. Прибыли дворяне самых благородных кровей, интеллигенция, политики и чиновники, крупные предприниматели, высокопоставленные офицеры. Можно упомянуть, что кузен Николая II великий князь Кирилл Владимирович приехал в Финляндию еще весной 1917 г. Из бывших министров здесь находился А.Ф. Трепов, возглавивший в Гельсингфорсе⁷⁷² Особый комитет по делам русских в Финляндии. А в ночь на 19 октября 1918 г. на вокзале Раяйоки⁷⁷³ объявились бывший премьер-министр империи В.Н. Коковцов с супругой, также бежавшие из Петрограда и переправленные на лодке через границу близ Белоострова.

Надо сказать, Сухомлинов достаточно удачно выбрал время для побега. В середине лета 1918 г. из-за опасений эпидемий граница на Карельском перешейке, где поток беженцев был наиболее оживленным, была закрыта и охранялась финской армией. Специально для этой цели был сформирован Терийокский пограничный батальон. А военно-административный район, ставший пограничной зоной между Финляндией и Россией, возглавил комендант, обладавший чрезвычайными полномочиями. Но такое состояние продолжалось недолго. Лиц, пытавшихся проникнуть нелегальными путями в Финляндию, оказалось так много, что погранкомендант капитан К.Н. Рантакари в сентябре заявил о своем единоличном решении пропускать их в страну. Сенат поддержал это решение, и границу открыли. Беженцев допрашивали в комендатуре, и наиболее подозрительные личности отправлялись обратно. Было очевидным, что люди могли проникать в Финляндию, минуя пограничную охрану, с этим не могли совладать ни подразделения регулярной Красной армии, ни финская пограничная стража. Комендант Рантакари, известный в прошлом как журналист и ориентированный на старофинскую партию, признавал, что не мог выталкивать людей обратно в объятия смерти, поскольку этот шаг «на протяжении целых поколений принес бы нам ненависть всего цивилизованного мира»⁷⁷⁴.

О появлении на станции Раяйоки бывшего военного министра было доложено погранкоменданту, который в свою очередь перевез Сухомлинова в Терийоки⁷⁷⁵. Владимир Александрович просил разрешения местных властей остаться в новом финском государстве, так как его материальное положение не позволяло предпринимать далекое путешествие. С 24 сентября по 8 октября он находился в Териоках, в ожидании ответа на запрос и связанные с этим формальности. Дело в том, что с усилением потока беженцев вводились и нормы, их касавшиеся. Так, в апреле 1918 г. Сенат одобрил правила о допуске в страну иностранцев: помимо действующего паспорта приезжавший должен был иметь разрешение на въезд в Финляндию⁷⁷⁶.

Возможно, в этот период и произошла встреча Сухомлинова с бывшим следователем по особо важным делам В.Г. Орловым. В 1915 г. он входил в состав Верховной следственной комиссии, где на протяжении четырех месяцев вел расследование «шпионской деятельности» всех подозреваемых лиц по делу бывшего военного министра. Во время красного террора Орлов, как и многие соотечественники, рискуя жизнью, бежал из Петрограда через русско-финляндскую границу. Однако ему повезло меньше – на другом берегу Сестры он оказался с пулей в животе… Находясь в эмиграции, Орлов издал книгу под названием: «Двойной агент. Записки русского контрразведчика». Но, несмотря на внушительный послужной список автора, сам стиль написания «воспоминаний», с явными потугами на художественность изложения, заставляет отнестись к ним с осторожностью. Итак, вот как бывший следователь и контрразведчик описывает эту встречу:

«Чтобы отдохнуть, мне потребовалось всего несколько дней. Мои друзья предоставили мне крошечную комнату, единственную оказавшуюся свободной на этом густо населенном участке границы. И я был благодарен им за то, что снова могу спать, ничего не опасаясь. За обедом рядом со мной сидел грустный невысокий старик, одетый в лохмотья, который бежал из России за день до меня. Его лицо показалось мне знакомым, и я попытался заговорить с ним, но он демонстративно отвернулся от меня. Вероятно, он боялся, что я могу оказаться шпионом, поэтому я попытался успокоить его и сказал, что у него нет причин для беспокойства.

– Вы – Орлов, – сказал он, глядя на меня печальными глазами.

– Вы знаете меня? – спросил я с искренним удивлением.

– Конечно, я знаю вас. И никогда не забуду ваше лицо.

– Почему?

– Это не важно!

– Нет, продолжайте. Расскажите мне. Я когда-нибудь причинил вам зло?

– Не вы лично, а все вы.

– Где, когда и каким образом? Расскажите мне. Я смутно припоминаю, что когда-то видел вас, много лет назад в связи с каким-то делом. Да, я узнаю вас по тому, как странно у вас растут волосы. Вы ведь… Подождите, секунду. Нет, не могу вспомнить! Подскажите!

– Хорошо, я помогу вам. Не работали ли вы одно время следователем по особо важным делам в Могилеве?

– Да, конечно.

– Помните, сколько документов лежало на полу вашего кабинета? Эти кипы, помнится, были высотой вам по плечо?

– Да, припоминаю. Точно, они были высотой мне по плечо и.