Генерал В. А. Сухомлинов. Военный министр эпохи Великой войны

Сухомлинов решился сделать то, о чем говорили все его предшественники начиная с 1900 г., хотя никто не взял на себя ответственность волевого решения за принятие этих мер. В короткий срок были заново пересоставлены и затем представлены на утверждение все необходимые проекты, годами пылившиеся на шкафных полках различных учреждений Военного министерства. Еще в 1903 г. военный министр А.Н. Куропаткин отмечал, что крепости уже не смогут решить проблему отставания в сроках готовности или повлиять на ход кампании. Все, что могли сделать устаревшие в результате развития артиллерии укрепления, – это притянуть на время от двух до трех корпусов противника³⁵⁴. За упразднение крепостей высказывался и военный министр А.Ф. Редигер³⁵⁵. Эти же соображения высказывал и прежний начальник ГУГШ – генерал Ф.Ф. Палицын в своем «Докладе о мероприятиях по обороне государства, подлежащих к осуществлению в ближайшее десятилетие»: «Положение большинства крепостей на нашей западноевропейской границе в настоящее время таково, что доведение их до современного уровня требований недалеко от создания новых крепостей». Палицын предлагал усилить инженерную подготовку театра в наиболее угрожаемых и важных узловых пунктах, тщательно пересмотрев «как число наших крепостей, так и готовность их к осаде»³⁵⁶.

«Только во время войны прямым опытом приобретается верный взгляд на спасительное влияние ближайших крепостей, во всех тяжелых обстоятельствах, в какие может быть поставлена полевая армия», – заключал в 1903 г. в своем исследовании в защиту крепостей генерал-майор К.И. Величко³⁵⁷. Что ж, война действительно стала для крепостей боевым экзаменом, который они, по мнению большинства, не выдержали. Известный специалист-фортификатор, профессор В.В. Яковлев отмечал, что даже те, кто до войны хулил крепости, были поражены быстрым падением бельгийских и французских крепостей и фортов-застав в 1914 г. и русских в 1915 г. Так, Льеж держался двенадцать дней, Намюр – шесть дней, Мобеж – десять дней, Ковно держалось десять дней, Новогеоргиевск – только девять дней после того, как было завершено полное обложение крепости. Эти сроки сопротивления крепостей действительно были поражающе малы, особенно после того, как перед самой мировой войной говорилось о крепостях неограниченного сопротивления, то есть способных держаться до конца войны³⁵⁸.

Возможно, Сухомлинов не без злорадства наблюдал в 1915 г., как беспомощно гибнут великие приграничные крепости России, отнимавшие у действующей армии столь нужную ей артиллерию и безграничные боезапасы³⁵⁹.

В дневнике генерала читаем следующее:

«26 июля. Варшаву покинули, по-видимому, благодаря Бога, без катастрофы. Если бы это была та крепость, которую там соорудили, в виде паутины из фортов на роту и 1/₂ роту, – могла бы приключиться катастрофа вроде Меца <…>.

31 июля. На театре войны все еще нет поворота решительно в нашу сторону, – а немцы уже торжествуют в Варшаве, устроили парад перед ратушей, при поднятии своего флага. Я думаю, им досадно, что не могут объявить о взятии первоклассной крепости <.>.

4 августа. Тяжело приходится крепости Новогеоргиевску и Ковно, которые обстреливаются 11 д. орудиями <.>.

8 августа. Ковно занято противником, Новогеоргиевск ожидает та же участь.

21 августа. Гродна нами оставлена.»³⁶⁰

Из шести русских крепостей, которые пришлось оборонять в войну: Ивангород, Осовец, Новогеоргиевск, Ковно, Брест-Литовск и Гродно – только Осовец смог вести оборону в течение шести с половиной месяцев при свободном тыле и явился положительным образцом применения искусства крепостной обороны. Если же говорить о крепостях изолированных, то они и вовсе потеряли свое значение при существовавших тогда средствах поражения. Этот факт довольно ярко подтверждает генерал Людендорф в своих мемуарах: «Новогеоргиевск был, быть может, последней крепостью с поясом фортов, которая была взята после полного обложения… время крепостей с поясом фортов прошло. Они не могут противопоставить ничего равноценного современной артиллерии и ее огромным запасам снарядов и должны исчезнуть. Сухопутные укрепления остаются необходимыми, но они будут больше носить характер широко растянутых пограничных позиций»³⁶¹.

Общие основы новой организации армии