Георгий Димитров. Драматический портрет в красках эпохи

Двадцать девятого декабря открылся съезд БЗНС. К тому времени Земледельческий союз уже стал единой организацией и избавился от всех, кто находился в оппозиции к власти. В приветственной речи Димитров назвал съезд необычным, потому что он проводит глубокую борозду между прошлым и настоящим, ставит все точки над «i», уясняя многие основные вопросы политики и тактики союза. Секретарь БЗНС Георгий Трайков под аплодисменты зала заявил: «Коммунистическая партия получила руководящее положение в нашей стране не даром, не с чьего-то благословения, а борьбой и трудом». После съезда, на официальном ужине, кто-то поинтересовался у Димитрова, где он собирается встречать Новый год. «Дома! — усмехнулся он. — Очень хочется хорошо выспаться».

Казалось, что этот горячий декабрь никогда не кончится…

В новогоднем обращении премьер-министра к болгарскому народу прозвучала надежда: «Самые трудные и мрачные дни уже позади. Перед нами открываются светлые перспективы. Теперь мы сами — как народ и как народное государство — кузнецы своей судьбы»^{335}. Совсем скоро ему пришлось убедиться, что он был чересчур оптимистичен.

На XIV пленуме ЦК 4 января 1948 года, когда обсуждался проект новой программы Отечественного фронта, Димитров вернул (по крайней мере, попытался вернуть) себе право на теоретическое обоснование «болгарского пути к социализму». Он сказал прямо и без обиняков: «Я читал некоторые рассуждения товарища Вылко Червенкова на последнем пленуме ЦК о развитии нашей страны и политике нашей партии, в которых нет ни грана марксизма. Там нашей партии приписаны несуществующие грехи, а подлинные ошибки и упущения не названы. От этого партия не может иметь никакой пользы».

Обосновывая свой вывод, Димитров указал, что народное восстание 9 сентября 1944 года открыло путь к социалистическим преобразованиям и коренному государственному переустройству. «Народное восстание, которое открыло путь» — такая характеристика не укладывается в марксистскую схему с традиционной дилеммой: либо буржуазно-демократическая, либо социалистическая революция. Любое восстание невозможно оценить правильно, поучал далее Димитров, если не учитывать, в какой стране, при каких обстоятельствах и в какое время оно происходило. Во время восстания 9 сентября 1944 года ещё продолжалась война против фашистской Германии, поэтому следовало избегать всего, что помешало бы единству антигитлеровской коалиции. Антифашистская вооружённая борьба под руководством коммунистов не приняла и не могла принять в Болгарии массового характера, как в Югославии, поскольку страна была сателлитом Германии. Восстание, в отличие от Октябрьской революции в России, не имело целью ликвидацию капитализма, а лишь создало условия для его ликвидации в дальнейшем. Пришлось временно делить власть с частью буржуазии; старую государственную машину нельзя было сразу разрушить, оставалось латать её и ремонтировать. Невозможно было также сразу провести национализацию предприятий, потому что приходилось считаться с известными внутренними и международными силами.

Димитров также обратил внимание на предложение Червенкова «исправить формулировку тов. Димитрова» об отношениях коммунистов с союзными партиями. «Мы должны были на первом этапе сказать, что задачи, которые стоят перед нашим народом, не могут быть решены одной партией, сколь бы сильной она ни была, а необходимо сотрудничество всех партий Отечественного фронта, общественных и прогрессивных сил нашего народа, — подчеркнул Димитров. — Было ли это верно тогда? Да, было, а теперь неверно. Благодаря той нашей правильной политике мы обеспечили те успехи, которые имеем сегодня».

Подводя итоги дискуссии, он заявил, что партия, будучи руководящей силой Отечественного фронта и всего народа, в основном, справилась со своими задачами: «Открылись блестящие возможности строительства социалистического общества в Болгарии при благословении и земледельцев как партии, и „звенарей“ как партии, и экзарха как главы церкви. А для народа и для внешнего мира это имеет огромное политическое значение».

Пленум провёл реорганизацию руководящих органов партии. Их структура стала такой же, как в ВКП(б): Политбюро, Оргбюро и Секретариат ЦК. Должность председателя ЦК была упразднена, а Георгий Димитров стал генеральным секретарем ЦК БРП(к)^{336}.

Второго февраля Георгий Димитров выступил на II съезде ОФ с обширным докладом «Отечественный фронт, его развитие и стоящие перед ним задачи». Съезд принял решение преобразовать ОФ в единую народную общественно-политическую организацию с новой общей программой, обязательной дисциплиной и новыми выборными органами. Непосредственной целью Отечественного фронта Димитров назвал ликвидацию остатков эксплуататорской, капиталистической системы и создание в Болгарии основ социалистического общественного строя.