Голландское господство в четырех частях света XVI—XVIII века

Как обнаружили португальские первопроходцы, во всех местах шанс на обращение в веру детей был намного выше, чем их родителей, и кальвинистские священники в большей степени концентрировали свои усилия на подрастающем поколении. Для обучения в сельских школах обычно использовался тот или иной из местных диалектов, но примерно с 1650 г. предпринимались все более успешные усилия по использованию голландского языка. Некоторые из священников сделались настоящими лингвистами и написали религиозные труды как минимум на пяти местных языках, которые они для этой цели латинизировали. Голландские губернаторы, обосновавшиеся в форте Зеландия, не всегда были лестного мнения об истинности или стойкости большого количества обращенных, о которых утверждали миссионеры. Так, например, губернатор Николас Вербург в 1654 г. заявил, что дети зазубривали катехизис и догматы веры как попугаи, на самом деле не понимая того, что они бойко повторяют. Если может быть предъявлен хоть один истинно обращенный среди тысяч заявленных, писал он, «я с истинно христианской радостью пожертвую церкви и школам на Формозе тысячу гульденов». Вербург слыл отъявленным антиклерикалом, и его критика являлась, безусловно, предвзятой. Это правда, что, когда китайцы под предводительством Коксинги (Чжэн Чэнгуна) вторглись на остров в 1661 г., подавляющее большинство местных аборигенов перешло на сторону вторгшихся, выступив против своих европейских повелителей. Но также правда и то, что впоследствии они пожалели о замене Короля Бревно на Короля Аиста[55]. Иезуитский миссионер, де Маилла, побывавший на острове в 1715 г., обнаружил заметные следы протестантского христианства, насажденного голландцами. У нескольких аборигенов до сих пор уцелели голландские книги, и они умели их читать, а использование латинизированных форм местных языков, созданных голландцами, сохранилось до второй половины XIX в.

Усилиям кальвинистских священников на Формозе препятствовал тройственный характер их обязанностей на острове. В дополнение к своей миссионерской деятельности им приходилось удовлетворять духовные потребности голландских жителей и гарнизона, а также (до 1661 г.) выполнять роль переводчиков, сборщиков налогов и лицензиатов по торговле замшей, которая являлась одной из основных статей экономики острова. Помимо такой смеси духовного и мирского, целостности их деятельности мешал тот факт, что никто из священников не задерживался на острове больше чем на 11 лет, а некоторые пребывали там всего 2–3 года. Если одни губернаторы оказывали поддержку миссионерской работе, то другие — не только Николас Вербург — были настроены к ней откровенно критично. Учитывая все вышесказанное, можно только поставить в заслугу священникам и учителям, что они добились того, что было в их силах. Священник, утверждавший, будто он один привел более 5 тысяч взрослых жителей Формозы в лоно реформатской церкви, явно был не кем иным, как оптимистом; однако свидетельство иезуита де Маиллы, сделанное в 1715 г., показывает, что не все из принявших христианство местных жителей являлись «рисовыми христианами», как утверждали Вербург и другие враждебно настроенные критики, то есть объявили себя христианином ради материальных благ, а не по религиозным соображениям.

Когда в 1605 г. голландцы заняли место португальцев на Амбоине (Амбоне), они обнаружили, что миссионеры — иезуиты обратили здесь и на соседних островах более 16 тысяч местных жителей, хотя большинство аборигенов по-прежнему оставались или мусульманами, или анимистами.