Государство террора. СС в системе власти Третьего рейха

Хотя Рём и высшее руководство СА после «захвата власти» и получили высокие посты, власть и деньги, все равно они считали себя обиженными. Ведь еще больше получили партийные бонзы, которые теперь собирались управлять государством, а необходимость в штурмовиках уже отпала: они были противовесом коммунистам и социал-демократам, а теперь уже не у кого было отнимать улицы. Также, после того как Гитлер наложил временный запрет на прием новых членов в партию, чтобы она не переполнялась беспринципными карьеристами, прием в СА никто не ограничивал. Численность Штурмовых отрядов росла стремительно: если в начале 1933 г. в их рядах состояло около 600 тысяч человек, то через год эта цифра перевалила за три миллиона! Единства в столь большой организации быть не могло, и в СА оставалось много приверженцев «социалистических» идей Грегора Штрассера. Руководители же СА хотели получить в свои руки еще больше власти и оказывать влияние на государственную политику, им же предлагалось заниматься воспитанием подрастающего поколения, распространением листовок и газет и т. п. Все это категорически не устраивало Рёма, который объявил о необходимости «второй революции» – то есть теперь уже борьбы против правых и консерваторов (в ходе «первой» был нанесен сокрушительный удар по левым – коммунистам и социал-демократам). Выступая перед руководством СА, он заявил: «Первая победа на пути германской революции одержана… СА и СС, на которых возложена великая миссия продолжения германской революции, не допустят, чтобы ее предали, остановив на полпути… Если филистеры полагают, что национальная революция слишком затянулась… и в самом деле настало время кончать ее, превратив в национал-социалистическую… Мы должны продолжать борьбу с ними или без них, а если потребуется – и против них. Мы – неподкупные гаранты окончательной победы германской революции». Нужно ли говорить, что подобные идеи абсолютно не нравились консерваторам, окружавшим Пауля фон Гинденбурга, который все еще продолжал оставаться рейхспрезидентом, обладавшим по Конституции чрезвычайно обширными полномочиями! Их поддержка, как и капитанов германской тяжелой индустрии, также не приходивших в восторг от риторики и планов Рёма, были чрезвычайно важны для Гитлера. Заняв пост рейхсканцлера, он был менее всего заинтересован еще в одной революции: у него в руках была огромная власть, которую он с успехом использовал для стремительной нацификации Германии.

Но Рёму и этого было мало. Он, не обращая внимания на недовольство консерваторов и промышленников, рассорился еще и с генералами. В феврале 1934 г. он представил в правительство меморандум, в котором предложил создать «народную армию», в рамках которой должны были быть объединены рейхсвер, СА, СС и союзы бывших фронтовиков. Пояснять, кто должен играть в новой «народной армии» ведущую роль, не имеет смысла, поскольку достаточно лишь сравнить три миллиона штурмовиков и сто тысяч военнослужащих. Генералы возмутились – как можно сравнивать их, профессиональных военных, с уличными хулиганами! Они категорически не желали делить с кем-либо монополию на защиту страны и, как следствие, контроль за тяжелым вооружением. Однако лишь мнения промышленников и генералов для того, чтобы свалить Рёма, было недостаточно.

Против него должны были выступить достаточно влиятельные силы внутри самого нацистского движения. И эти силы не замедлили активизироваться. Прежде всего заволновался Герман Геринг – второй (или третий, если вторым считать Рёма) человек в НСДАП, председатель Рейхстага, имперский министр без портфеля, министр-президент и министр внутренних дел Пруссии. Уже получивший в 1933 г. звание генерала пехоты, Геринг и сам претендовал на высший военный пост в стране. К нему вскоре примкнул и Генрих Гиммлер. Впрочем, это решение далось ему не очень легко, хотя сама логика толкала его против Рёма – СС было необходимо избавиться от соперника, каким для них являлись в нацистском движении именно СА. Первоначально сам рейхсфюрер не очень хотел бороться с Рёмом, тем более что он помнил его по «годам борьбы». Однако энергичную деятельность развил глава СД Рейнгард Гейдрих, которому было жизненно необходимо получить от Геринга контроль над прусским гестапо, без чего власть над политической полицией рейха была не более чем простой иллюзией. Наконец, в апреле 1934 г. Гиммер дал свое согласие, и Гейдрих начал собирать компромат на Рёма и его ближайшее окружение: надо было убедить Гитлера, что Рём на самом деле опасный мятежник.