Готы и славяне. На пути к государственности III-IVвв

В древнеанглийской эпической поэзии также содержатся упоминания об Эорманрике. В германской эпической традиции Германарих предстает как могущественный, но при этом безжалостный правитель, тиран, смерти которого желают даже его подданные. Такие же характеристики готского короля даны в различных скандинавских сагах, а также в древнеанглийских эпических поэмах «Деор» и «Беовульф», которые относятся к числу древнейших памятников германской поэзии (VI–VIII вв.). Лишь в «Видсиде» (IX в.) мы находим несколько другую характеристику короля, в которой он представлен как щедрый, покровительствующий поэтам правитель. Также в ней содержится упоминание о Германарихе как о «клятвохранителе» (хотя по вопросу интерпретации данного эпитета существуют различные точки зрения). Кроме того, в поэме можно найти интересную деталь: Острогота (Эастгота в поэме) назван придворным Германариха[94].

Раннесредневековые испанские хроники VIII–X вв. В этих хрониках сообщается о последнем этапе готской истории на Иберийском полуострове, где они, слившись с испано-римлянами, создали такие невыносимые условия своей политикой, что вызвали ненависть коренного населения, что впоследствии нашло свое отражение в их быстром поражении в войне с арабами. Ненависть к ним была настолько велика, что даже католические священники, например епископ Толедо, открыто помогали мусульманам в войне с готами.

О нравах того времени мы читаем в «Пророческой хронике»: «Вся красота готов была порушена паникой и мечом, потому что они не раскаялись в должной мере за грехи свои. И от того, что они презрели заповеди Божии и законы священного предписания, Господь оставил их, так что они больше не могли сохранить возлюбленную землю свою. И те, кто до этого всегда отражал нападения врага, с помощью десницы Божией, низко пали под Господним приговором. Превзойденные малым числом врагов, они рассеялись почти до ничтожного количества, живущего в унижении»[95].

В «Хронике Альфонсо III» читаем: «После кончины Эгики Витица[96] возвратился в Толедо на трон своего отца. А был он мерзок и бесчестен обычаями и, „как конь, как лошак несмысленный“, осквернял себя с многими женами и сожительницами. И чтобы не возбудили против него разбирательство церковного суда, он распустил соборы, не слушал канонов, обирал духовенство. Епископам, пресвитерам и диаконам он предписал иметь жен. Это вот преступление было причиной гибели Испании…»[97] «Когда Витица умер, готы избрали на царство Рудерика[98]. Последний явно следовал грехам Витицы, и не только не положил конец означенным преступлениям, вооружившись рвением к справедливости, но еще больше увеличил их. А сыновья Витицы, побуждаемые завистью, ибо Рудерик получил царство их отца, отправили по коварному своему замыслу гонцов в Африку и попросили сарацин прийти на помощь, и, когда их корабли прибыли, они впустили их в Испанию. Но те самые, кто причинил разорение отечеству, погибли от меча вместе с племенем сарацин. Когда Рудерик узнал об вторжении, он поспешил им навстречу со всем войском готов, чтобы сразиться с врагами. Но „напрасно бежит тот, кому предшествует неправда“, как речет Писание, угнетенное грузом своих грехов или грехов священства, или, по причине коварства сыновей Витицы, но обнаруженное врагом, все войско готов обращено было в бегство и уничтожено мечом. А что касается короля Рудерика, никому не была известна причина его гибели: однако в наши суровые времена, когда город Визеу и его пригороды были нами захвачены и заселены, в одной базилике была найдена могильная плита, где была высечена сверху эпитафия, которая гласит: „Здесь покоится Рудерик, король готов“»[99].

Из истории мы знаем, что народы, переселяясь на новые территории, часто впитывают материальную культуру, обычаи и традиции коренных народов. Рассматривая историю готов, можно констатировать, что за время своих переселений они сохранили крайнюю агрессивность и воинственность, враждебность по отношению к другим народам и даже своим соплеменникам, поэтому история их – это история войн, грабежей и взаимных распрей.

Аноним Валезия (манускрипт VIII или IX в.) представляет собой компиляцию двух отрывков: в первом («Происхождение императора Константина») речь идет об истории императора Константина I Великого, написанной после его смерти, а второй («Теодорихова хроника») посвящен истории Италии начиная с Юлия Непота и до кончины остроготского короля Теодориха Великого. Он был впервые опубликован французским ученым Анри де Валуа в 1636 г.