Григорий Распутин. Россия под гипнозом

Однако первоначальная трактовка выделенных словосочетаний, по-видимому, смутила высоких полицейских чинов, в результате чего простым карандашом были внесены некоторые изменения, связанные опять-таки с неприкосновенно высокопоставленных лиц (к сожалению, расшифровать их не представилось возможным). Тем не менее последняя фраза осталась неизменённой: «навсегда предать забвению».

Результатом «проб и ошибок» и стало появление второй (и, как полагали чиновники, основной), более обтекаемой, редакции: «Повергая изъясненные соображения относительно порядка дальнейшего направления дела об убийстве крестьянина Григория Распутина (Новых) на Высочайшее Вашего Императорского Величества благовоззрение, приемлю долг всеподданнейше испрашивать Высочайших Вашего Императорского Величества по сему делу указаний»[236].

Итак, проследим цепочку.

После того как прокурор Петроградской судебной палаты (С. Завадский) представил новому министру юстиции вещественные доказательства по делу об убийстве Григория Распутина, исполняя [237]словесное приказание министра (рапорт от 28 декабря за № 13596), делом занимается Первый департамент Минюста, в ведении которого, согласно распределению, установленному законом 4 декабря 1895 года, помимо прочего, входило составление всеподданнейших отчётов и производство по судебным делам. Интересно, что первоначально, начиная с января 1917 года, делом об убийстве Распутина занималось первое уголовное отделение (ДЕЛО № 30), но затем было передано третьему отделению (ДЕЛО № 339). Третье уголовное отделение в системе Минюста являлось временным органом, просуществовавшим тем не менее с 1905 до 1917 года.

Именно в этот период (декабрь-февраль) Первый департамент Министерства юстиции занимается сбором всей информации по этому делу для составления всеподданнейшей Записки министра юстиции на Высочайшее имя – то есть на имя Николая II. 16 февраля 1917 года прокурором Петроградской судебной палаты на имя министра юстиции отправлен последний рапорт (№ 1289), в котором говорится: «Имею честь представить при сем Вашему Высокоблагородию дело об убийстве крестьянина Григория Распутина (Новых) ввиду постановления судебного следователя по важнейшим делам Петроградского окружного суда Ставровского от сего 16 февраля»[238].

В конце февраля 1917 года работа по составлению Проекта всеподданнейшей Записки на Высочайшее имя Министерством юстиции была закончена.

Следственное производство было отправлено в Императорскую канцелярию за неделю до отречения Николая II.

* * *

Уже в марте извлечённый гроб с телом Распутина решено было перезахоронить на Волковом кладбище в Петрограде. Но из-за неразберихи тех дней всё закончилось тем, что 11 марта 1917 года покойника кремировали. Хотя «кремировали» в данном случае звучит слишком громко: Распутина самочинно, почти по-разбойничьи, сожгли.[239]

Морис Палеолог: