Яд или лекарство? Как растения, порошки и таблетки повлияли на историю медицины

Начало этому положила сульфа. В отличие от других антибиотиков, производимых живыми организмами, сульфа была создана в лаборатории. Но она достигала той же цели – избирательно убивала бактерии, оставляя человеческий организм в покое, действуя как одна из волшебных пуль Эрлиха, и это возродило интерес медиков к поиску новых подобных препаратов.

Но сульфаниламид сделал еще больше. Он также указал путь к системе поиска новых и более мощных лекарств. Корпоративный подход компании Bayer, основанный на больших деньгах, закрепил за ней статус одной из первых современных фармацевтических компаний. В этом заслуга долгосрочного мышления и готовности компании к азартным играм, блестящей работы Кларера над молекулами, эффективной системы испытаний Домагка и создания взаимосвязанной сети специализированных исследовательских лабораторий и центров испытаний на животных под руководством медицинских экспертов. Bayer была прототипом современных фармацевтических гигантов.

Над открытием лекарств больше не корпели гении-одиночки, работавшие по наитию. Этим должны были заниматься научные группы, бьющиеся над сложными проблемами, используя химическую структуру в качестве руководства. Открытие лекарств превратилось из искусства в промышленную науку.

Сульфа изменила не только способ открытия медикаментов, но и правила, обеспечивающие их безопасность. Массовое отравление Эликсиром и закон 1938 года, создавший современное Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, заложили основу для сегодняшней правовой системы, которая следит за тем, чтобы лекарства были более или менее безопасными и эффективными, а также за тем, как они маркируются. Закон США 1938 года послужил образцом для всего остального мира.

Уже только эти достижения делают сульфу одним из самых важных лекарств в истории. Но препарат, который нашел Кларер и эффективность которого доказал Домагк, сделал нечто большее. Сульфа и последовавшие за ним антибиотики вселили в общество огромную веру в фармацевтику. Медикаменты, как казалось, в самом деле творили чудеса. Оказывается, можно отыскать лекарство для лечения чего угодно, не только насморка или головной боли, но и самых смертельных болезней человечества. До появления сульфы лекарства были относительно слабыми – полумерами, ограниченными в применении. Они отпускались в местных аптеках без рецепта. Очень немногие лекарства могли что-либо полностью вылечить. Все изменилось после чудесного выздоровления Рузвельта-младшего. С оптимизмом, который воцарился после появления сульфы и антибиотиков, казалось, что человечество может найти препараты, способные вылечить все.

Но новости были не только хорошими.

Антибиотики действуют против бактериальных инфекций, но не против вирусов (вакцины по-прежнему являются лучшим средством для предотвращения вирусных заболеваний) или против паразитов (разных насекомых, вызывающих такие заболевания, как малярия; мы все еще ищем принципиально новый противомалярийный препарат). Таким образом, сфера их применения ограниченна.

Более важным, возможно, является тот факт, что цели, против которых они направлены, – болезнетворные бактерии, – очень хорошо находят способы сопротивления. Некоторые из них могут создавать химические вещества для нейтрализации антибиотиков, другие маскируются, а когда находят эффективный способ защиты, очень часто передают его другим бактериям, даже тем, с которыми они не состоят в близком родстве. Этот процесс называется «устойчивостью к антибиотикам». И здесь сульфа тоже была первой.