Яд или лекарство? Как растения, порошки и таблетки повлияли на историю медицины

Политика исходила от составителей бюджетов штатов и округов, давно беспокоившихся о растущих расходах на государственные психиатрические лечебницы. Вывод пациентов из приютов и психиатрических больниц был беспроигрышным вариантом: больные получали возможность жить своей жизнью, а налогоплательщики избавлялись от необходимости оплачивать огромные счета. Если количество психиатрических больниц сократится, то уменьшится и налоговое бремя. Деньги высвободятся для других программ. Часть средств пойдет на общественные консультации, которые будут поддерживать связь с недавно освободившимися пациентами, следить за тем, чтобы они продолжали принимать лекарства, и (как предполагалось) отслеживать их успешную интеграцию в общество. Остальные средства можно было бы использовать на другие статьи бюджета, например, на образование.

Началась эра общественного психиатрического здравоохранения, и старые психиатрические больницы опустели. Тысячи человек выписывали каждый год, многие из них имели при себе рецепт на CPZ. В 1955 году в психиатрических больницах штатов и округов США находилось более полумиллиона пациентов. К 1971 году их число сократилось почти вдвое. К 1988 году оно сократилось более чем на 2/3. Гигантские старые лечебницы на их зеленых территориях были снесены или превращены в роскошные отели.

Первые годы этих изменений были очень странным временем. Врачи, которые думали, что никогда не смогут помочь пациентам с шизофренией, наблюдали, как те возвращаются к жизни во внешнем мире. Пациенты с шизофренией, которые не представляли, что могут покинуть приют, внезапно оказались в ситуации, когда они пытались собрать воедино жизни, которые были разрушены годами ранее.

Это было нелегко. Один врач вспоминал, как внезапно освободившиеся пациенты обнаруживали, что их мужья и жены в других браках, что у них нет работы, что их способность справляться с трудностями хоть и улучшилась, но уже не та, что была до того, как они попали в психбольницу. Все зависело от приема лекарств; если их не принимали, все большее число больных оказывалось на улице.

В то время как многие недавно выпущенные пациенты смогли успешно вернуться в свои дома и сообщества, другим это не удалось. Ситуация усугублялась тем, что государственные органы не финансировали должным образом столь необходимые общественные мероприятия по охране психического здоровья.

Исход увеличился после 1965 года, когда новые программы Medicare и Medicaid предложили покрытие расходов домов престарелых, но не специализированную психиатрическую помощь в государственных психиатрических больницах. Это означало, что десятки тысяч пожилых психически больных пациентов, многие из которых страдали болезнью Альцгеймера, были переведены из психиатрических больниц в дома престарелых, а деньги на уход за ними перешли из бюджетов штатов в федеральный бюджет. Использование антипсихотиков в домах престарелых резко возросло. Увеличились и расходы по программе Medicare.

Мечта о возвращении психически больных в общество начала разрушаться. Все большее число молодых пациентов, особенно тех, кто оказался не в состоянии жить со своими семьями, оказывались в тюрьмах. Согласно одному из последних исследований, более половины заключенных-мужчин сегодня имеют диагностированное психическое заболевание, как и 3/4 заключенных-женщин. Психически больных бездомных можно увидеть на улицах каждого американского города и многих небольших городков.

Мы все еще имеем дело с последствиями. Количество мест в государственных психиатрических больницах, предназначенных для бедных людей, резко сократилось. В то же время количество мест в частных психиатрических клиниках для богатых людей резко возросло.

CPZ изменила саму суть психиатрической помощи. В 1945 году около 2/3 пациентов хьюстонской клиники Меннингера получали психоанализ или психотерапию. В 1969 году – только 23 %. В 1950-х годах в большинстве американских медицинских школ было несколько психиатров, работавших на полставки, и эти специалисты часто воспринимались остальными профессорами как кто-то вроде косматых колдунов. Сегодня в каждой американской медицинской школе есть полноценная кафедра психиатрии.