Яд или лекарство? Как растения, порошки и таблетки повлияли на историю медицины

Врачам они понравились. Статины быстро стали бестселлерами, сочетая в себе безопасность и надежное снижение уровня холестерина в сыворотке крови с таким важным фактором, как своевременность. Они появились на рынке как раз в тот момент, когда бэби-бумеры среднего возраста начали с опаской смотреть на свои рационы, изобилующие фастфудом, и увеличивающиеся талии, а общественное беспокойство по поводу высокого уровня холестерина достигло пика. Сначала статины назначали пациентам с очень высоким уровнем холестерина и наследственной историей проблем с сердцем. Но как только они были разрешены к продаже, производители лекарств бросили миллионы долларов на дополнительные испытания, чтобы показать, почему их конкретная марка лучше, чем у конкурентов, и расширить рынок, чтобы выяснить, могут ли эти лекарства быть полезными для пациентов с более низким риском проблем с холестерином. Они обнаружили небольшие, но реальные преимущества для предотвращения проблем с сердцем у все большего числа людей из все более низких групп риска. Каждое новое исследование, показывающее положительный эффект, получало широкую огласку.

Все это росло как снежный ком. Беспокойство по поводу холестерина питало рынок статинов, а исследования по статинам питали беспокойство по поводу холестерина. И все это поддерживалось диетической индустрией, уделяющей огромное внимание тому, что люди едят. Внезапно желание есть картофель фри и мороженое перестало быть личным выбором. Это был рецепт болезни: под давлением производителей лекарств и приверженцев диет миллионы людей стали беспокоиться о содержании холестерина в крови. Как сказал один эксперт: «Интерес к медицинскому заболеванию, как правило, возрастает одновременно с разработкой лекарства от него. <…> Лекарство превращает физическое состояние в категорию лечения, а затем в категорию болезни».

Как только высокий уровень холестерина утвердился в общественном сознании как риск для здоровья (при этом количество холестерина, попадавшее под определение «высокий уровень», постоянно снижалось благодаря постоянному потоку исследовательских отчетов, финансируемых производителями статинов), на сцене появились статины для его лечения.

Результатом стали невероятные продажи. Так, один из статинов, Липитор, стал самым коммерчески успешным препаратом в истории, продажи которого в период с 1996 по 2011 год превысили 120 миллиардов долларов. Ожидается, что к 2020 году продажи всех вместе взятых статинов составят более триллиона долларов в год – больше, чем годовой ВВП всех стран, за исключением нескольких.

Поскольку фармацевтические компании финансировали одно исследование за другим, показывая незначительные преимущества для все большего числа пациентов, кардиологи и фонды по лечению сердечных заболеваний бросились на помощь. Старый скептицизм в отношении роли холестерина и значимости его контроля в борьбе с сердечными заболеваниями (как, например, в отчете Управления технологических оценок, выпущенном в первые годы применения статинов, где говорилось, что широкое применение лекарств может обойтись обществу в сумму от 3 до 14 миллиардов долларов в год при неясных преимуществах и стоимости 150 тысяч долларов за спасенный год жизни) растаял перед натиском исследований, финансировавшихся производителями лекарств; конференций, поддерживавшихся производителями лекарств, и энтузиазма медицинских экспертов, многие из которых имели финансовые связи с производителями лекарств. Многочисленные способы влияния выпускающих компаний на исследователей, медицинских работников, фонды, правительственные учреждения и общественность – способы, которыми они формируют современное здравоохранение, – это захватывающая история. И по своей сути она не ужасающе сложная для понимания.