Ярослав Мудрый – великий правитель, просветитель и воин

Люди в городах тотчас поднялись с оружием в руках и быстро разобрались с непрошеными гостями. Польские отряды были истреблены. Болеслав остался почти без войска и понял, что лучше ему убраться с Руси восвояси. Так он и сделал. Но с собой прихватил остатки киевской казны и нагрузил обозы княжьим имуществом. Мало того! Он силой увёз заложниц – двух княжон, младших сестёр Ярослава. И угнал в Польшу целые толпы русских пленников: некоторых бояр, воинов-дружинников, тысячи простых киевлян. Многих заковали при том в цепи. Всех пленников ждала тяжёлая жизнь в польском рабстве. Но и это не всё, что присвоил алчный Болеслав. Земли и города Червонной Руси он всё-таки прибрал к рукам, а в придачу ещё и город Берестье (нынешний Брест в Белоруссии). Такой союзник хуже любого врага!

– Я обобран до нитки! – жаловался Святополк, лишившийся к тому же военной подмоги.

Безумием было наводить поляков на Русь. Но для Окаянного гораздо большее безумие было – избавляться от них. Ведь из Новгорода уже выступил со своей огромной ратью князь Ярослав. Ему удалось заключить выгодный союз со Швецией, и теперь с ним шёл крупный отряд воинов-варягов. А скрепила этот военный союз прекрасная Ингигерд, дочь шведского правителя-конунга. Она приплыла морем на Русь, в крещении приняла христианское имя Ирина и стала женой Ярослава. Умная, ослепительно красивая, обходительная, она стала своему мужу и помощницей, и советницей, и матерью восьмерых его детей.

Ну а тех, кто согласен был сражаться за Святополка, набралась всего-то горстка. Новгородско-шведское войско с лёгкостью их разбило. Окаянный князь бежал в степь к печенегам – за подмогой. Два года назад, когда Ярослав сидел в Киеве, воинственная печенежская орда уже наведывалась под стены стольного града. Тогда степняков науськал на него польский правитель, а Ярослав в кровавой битве победил их. Теперь же печенегов подзуживал будто сбесившийся Святополк.

– Идите и отомстите Ярославу за своё поражение! – звал он их на Киев.

Неистовая жажда власти сделала его слепым и глухим к страданиям Русской земли и народа. Степняки во время своих нашествий разоряли, жгли, убивали, угоняли в плен русских людей.

Ярослав стремительно вышел с войском навстречу хищной орде. Грозная печенежская сила чёрной полосой закрыла весь степной горизонт! И так случилось, что встретились противники на реке Альте, прямо в том месте, где несколько лет назад подосланные Святополком душегубы убили князя Бориса. А сама битва на Альте произошла за два дня до Пасхи, в пятницу, когда христиане вспоминают страдания Иисуса Христа. Сын Божий добровольно, во искупление людских грехов отдал Себя в руки своих врагов, и те распяли Его на кресте. Так и русские князья Борис и Глеб совершили христианский подвиг самопожертвования – чтобы не участвовать в братоубийственной междоусобице. Князь Ярослав был уверен, что своим мученичеством они обрели у Бога, в Царстве Небесном, венцы святости. Поэтому перед сражением он обратился к Борису и Глебу как к святым заступникам:

– Братья мои! Хоть и отошли вы из этого мира, и тела ваши мертвы, но души ваши благодатью Божьей живы. Вы ныне Господу предстоите. Помогите мне молитвами вашими одолеть моего противника, окаянного Святополка, убийцу гордого и безумного!

Битва зашумела с восходом солнца. «Была сеча злая, какой не бывало ещё на Руси», – с горечью и изумлением написал позднее летописец. Всё пространство, насколько хватало глаз, кипело массой сражающихся воинов, конных и пеших. Кровь лилась рекой. Люди так уставали, что обе стороны дважды расходились на передышку, а потом снова сходились в бою. И было в той битве чудо: многие христиане из русского войска видели ангелов, которые с небес поражали печенегов копьями.

К вечеру поле сражения осталось за князем Ярославом. Разбитые степняки убежали. Унёс ноги и Святополк с несколькими своими дружинниками. На него напал такой страх, что он мчался, не останавливаясь и не разбирая дороги, прямиком на запад. Окаянному чудилось, что сзади его настигает погоня, посланная Ярославом.

– Скорей! Бежим! Дальше! – кричал он спутникам и бился в припадке на каждой остановке. – Гонятся за нами! Ой гонятся!

Но никто за ними не скакал. Это собственное безумие навлекало на Святополка ужасный морок, заставляло нестись на коне без оглядки. Так он пробежал насквозь всю Русь до западных рубежей и всю Польшу. Где-то в пустынном месте на границе чешских земель его и настигла погибель. Никакие кони, даже самые быстрые, не смогли бы спасти злодея от возмездия, от наказания за лютые преступления. А летописец, записывавший годы спустя все события на Руси, дополнил свой рассказ об этом: «Есть могила его доныне, исходит от неё смрад ужасный».

Ярослав снова стал князем киевским. Теперь уже окончательно утвердился на отцовом престоле. И первым его государственным деянием было прославление братьев Бориса и Глеба как святых мучеников, небесных защитников Руси.

– Найдите останки моих братьев, чтобы нам с почестями положить их в церкви! – велел князь.