Иеромонарх революции Феликс Дзержинский

Оказалось, что Батюшин завербовал Шеваро-Войцицкого еще за пять лет до войны, будучи в то время начальником разведывательного отделения штаба Варшавского военного округа, и использовал поначалу для работы исключительно за границей. Затем он уже сам занимался подготовкой и заброской в немецкий тыл русской агентуры, неоднократно выполнял рискованные задания за линией фронта. В самый канун революции руководство переориентировало его на борьбу с немецким шпионажем и ему удалось выявить немало вражеских агентов и среди военных, и среди гражданских лиц, торговцев и банкиров.

Так что Константин Александрович Шеваро-Войцицкий обладал и необходимой подготовкой, и серьёзным опытом. Посетитель, кроме всего прочего, не преминул заметить, что остается патриотом России, а свои политические воззрения считает схожими с марксистскими.

В дальнейшем разговор зашёл о ситуации на фронте, положении в Петрограде и Финляндии, где вот-вот начнется гражданская война между красной и белой гвардией, о вмешательстве германских войск, шведском влиянии, брожении в русских гарнизонах и на базах флота, анархии, разгуле шпионажа, разворовывании военных запасов и стратегического сырья. На территории Белоруссии подняли мятеж польские полки под командованием генерала Довбор-Мусницкого, казачьим восстанием охвачена Донская область и Оренбург. На Украине власть захватила Центральная рада, завязавшая прямые сношения с германской стороной и добивающаяся полного отделения от Российской республики.

Феликс убеждался, что его собеседник неплохо информирован, сохранил важные контакты, умеет точно подмечать суть событий, демонстрирует и эрудицию, и аналитические способности, и владение методикой разведывательной работы.

В общем, когда после двух часов беседы из уст посетителя прозвучало предложение взять на себя создание особой структуры контрразведки и подобрать для нее профессиональные, проверенные кадры, Дзержинский без всякого сомнения ответил согласием. Они проговорили ещё час. Затем Дзержинский, вызвав Ильина, вернувшегося к обязанностям секретаря ВЧК и на деле подтвердившего надежность, распорядился выдать «товарищу Шеваре» мандат сотрудника ВЧК, не указывая в нем никакой конкретной должности. Длинная фамилия была преобразована в компактный псевдоним, что было вполне в духе времени.

В голове Дзержинского окончательно оформилась мысль о создании структуры, в которую никоим образом не должны проникнуть никакие, пусть даже рекомендованные сверху, «чужаки», откуда вся информация без всяческих утечек, комментариев и редактирования во всей полноте должна попадать непосредственно на его стол. Под начальством Шевары решено было создать секретное Контрразведывательное бюро (КБР). При этом хотя бы до поры до времени не фиксировать на бумаге и не афишировать ни сам факт его существования, ни круг задач, ни состав.

Вскоре начальник КРБ представил Дзержинскому подробный доклад по организации контрразведки в более широком масштабе. Но на первых порах решено было сосредоточиться на усилении работы в столице, развертывании группы в Москве, создании аппарата наружного наблюдения, параллельного уже существующему, а также агентуры в ключевых городах Германии, Финляндии, Польши и в оккупированных немцами областях, проникновении в среду расплодившихся контрабандистов, неопределившегося ещё офицерства, недовольной буржуазии.

Многие нити заговоров и саботажей вели в посольства. 21 декабря Совет народных комиссаров уже вынужден был рассматривать вопрос о «тактике и мерах пресечения контрреволюционной деятельности французской миссии». Но подрывную работу проводили и другие дипломатические миссии европейских стран. Здесь тоже Дзержинский рассчитывал на помощь Шевары.

Через несколько дней поименный, подкрепленный документами и характеристиками кадровый состав бюро в двадцать пять человек был утвержден и снабжен такими же удостоверениями ВЧК без указания должности, но с правом ношения оружия. Фамилии этих агентов тут же стали достоянием личного сейфа председателя.

Глава 14 Мандаты не индульгенция

Последняя ночь 1917 года выдалась бессонной. Кроме традиционной череды вооруженных ограблений и погромов было нападение на итальянское посольство, с трудом отбитое присланным отрядом солдат. Успокоить возмущенного разграблением его винного погреба посла маркиза Делла Торетта удалось не сразу. Вслед за тем на Гороховую доставили нескольких арестованных, которых нужно было незамедлительно допросить.

И точно так же «гармонично» первый день нового года у Феликса перешёл во второй. Около девяти часов вечера взволнованный голос Бонч-Бруевича сообщил: только что в городе был обстрелян автомобиль Владимира Ильича. Ранен швейцарский коммунист Фриц Платтен. Сам Ленин и его сестра не пострадали.