Иисус. Человек, ставший богом

Однако это не означает, что все здесь — фикция. Отнюдь. В основе первой истории событий, происходящих во дворце Каиафы, похоже, лежит воспоминание о пощечинах, нанесенных одним или несколькими стражами первосвященников в ночь ареста[972]. Подобное оскорбительное отношение к задержанным считалось вполне естественным. Когда, тридцать лет спустя, в 60-х годах, иудейскими властями был арестован Иисус, сын Анании, из-за того, что он произносил пророчества против Храма, он получил множество ударов, прежде чем был отдан римлянам[973]. Нечто похожее можно сказать и о солдатах Пилата. Эта сцена не восходит ни к какому библейскому тексту, такое издевательское отношение к осужденному вполне правдоподобно. Солдаты Пилата представляли собой не дисциплинированных римских легионеров, а дополнительные войска, рекрутированные из числа жителей Самарии, Сирии или Набатеи, глубоко антииудейских народов. Вполне возможно, они не воздержались от искушения зло высмеять этого иудея, впавшего в немилость и осужденного их префектом. Мы точно не знаем, что они сделали с Иисусом. Конкретное описание, излагаемое в Евангелиях, похоже, основывается на насмешках и стычках, таких, о которых рассказывает Филон. Согласно этому иудейскому писателю, в 38 году, желая посмеяться над царем Иродом Агриппой, посетившем Александрию, ее жители «интронизировали» в гимнасии города одного умственно неполноценного человека по имени Карабас: они надели ему на голову лист папируса в форме диадемы, накинули на его спину покров, напоминающий царскую мантию, и дали ему трость в виде скипетра; затем, как в «театральных пародиях», несколько молодых людей встали по обе стороны от него, изображая личную стражу, тогда как другие чествовали его[974].

Римские солдаты стали действовать по-настоящему, когда их префект приказал бичевать Иисуса[975]. В данном случае бичевание не было отдельным видом наказания или же очередным развлечением солдат. Это была часть ритуала казни, в основном начинавшегося с избиения и достигавшим своего пика собственно распятием[976]. Вероятно, после оглашения приговора Иисус был отведен солдатами на бичевание во двор дворца, носивший название «плиточный двор». Это было публичным действом. Неизвестно, присутствовал ли при этой трагической сцене кто-либо из его обвинителей. Для Иисуса наступают самые страшные его часы. Солдаты раздевают его догола и привязывают к столбу или к какой-то другой опоре. Для бичевания использовался специальный инструмент — flagrum, имевший короткую рукоятку и сделанный из кожаных ремней, на концах которых были свинцовые шарики, бараньи кости или острые металлические кусочки. Мы не знаем, какую именно плетку использовали в случае с Иисусом, но результат всегда был один. Иисус изнурен жестоким избиением, у него едва хватает сил, чтобы держаться на ногах, его тело покрыто кровавыми ранами. В таком же состоянии находился Иисус, сын Анании, когда был избит Альбином в 62 году. Иосиф Флавий говорит, что он был «истерзан плетьми до костей»[977]. Наказание было настолько зверским, что некоторые осужденные умирали уже в процессе избиения. С Иисусом этого не произошло, но источники сообщают, что после пережитого у него практически не осталось сил. По-видимому, чтобы нести крест, он нуждался в помощи, поскольку сам уже не мог его поднять, и агония его длилась недолго: он умер раньше, чем двое других осужденных, распятых вместе с ним.

За бичеванием следует распятие. И с ним не нужно медлить. Распятие трех осужденных требует определенного времени, и уже совсем немного часов остается до захода солнца, что ознаменует начало праздника Пасхи. Паломники и жители Иерусалима спешат завершить последние приготовления: одни приходят в Храм, чтобы приобрести себе барашка или совершить его ритуальное обезглавливание; другие идут домой готовить ужин. Ощущается праздничная атмосфера Пасхи. Из дворца префекта следует мрачная процессия, держа путь на Голгофу. Дорога относительно близка и, вероятно, не составляет и пятисот метров. Выйдя из претории, они, вероятно, идут по узкой улице, пролегающей между дворцом — крепостью Пилата и городской стеной; когда они выйдут из ворот Эфраима, они сразу окажутся на месте казни[978].