Иисус. Человек, ставший богом

Иисус был распят вместе с другими осужденными. Похоже, подобный тип групповой казни был довольно привычным. В христианских источниках говорится еще только о двух распятых. Однако их могло быть больше. Мы не знаем, были ли они «разбойниками», схваченными в одной из стычек с римскими властями, или, скорее, «обычными преступниками», обвиненными в каком-либо преступлении, заслуживающем смертной казни[986]. Некоторые вообще ставят под сомнение этот факт: они полагают, что речь здесь идет о подробностях, вымышленных на основе библейских текстов, таких как Ис 53:12 или Пс 21:17, чтобы еще сильнее подчеркнуть жестокость, проявленную к Иисусу, который, будучи невиновным, был распят как какой-то преступник[987]. Может, эта деталь и была добавлена именно с такой целью, но она не похожа на вымысел. Наверняка Иисус был распят с другими осужденными, что было обычной практикой. Однако описание того, что Иисус находился в центре, в выделяющемся среди остальных месте, между двумя разбойниками, может относиться уже к «христианской эстетике»[988].

После совершения распятия солдаты не расходятся. Они обязаны оставаться на месте казни и следить за тем, чтобы никто не снял тела с крестов, а также дождаться, пока осужденные не издадут свой последний вздох. Между тем, согласно Евангелиям, они бросают жребий, желая разделить одежды Иисуса, и смотрят, что кому из них достанется[989]. Вполне возможно, все так и происходило. Согласно обычной римской практике, личные вещи осужденного разрешалось брать в качестве «добычи» (spolia). Распинаемый должен был понимать, что он уже не принадлежит миру живых[990].

В евангелиях также сохранилось воспоминание о том, что в какой-то момент солдаты предложили Иисусу что-то выпить. Трудно узнать на самом деле, что произошло. Согласно Марку и Матфею, по прибытии на Голгофу, еще до распятия, солдаты предложили Иисусу «вино со смирною», ароматический напиток, притуплявший чувствительность и помогавший лучше переносить боль; нам сообщают о том, что Иисус его «не принял»[991]. Ближе к концу, незадолго до его смерти, происходит нечто совсем иное. Услышав громкий вопль Иисуса, призывающего Бога, один из солдат спешит предложить ему вино с уксусом, называемое по-латыни posca, крепкий и очень популярный среди римских солдат напиток, который употребляли для восстановления сил и ободрения духа. На сей раз это не жест сострадания из желания смягчить боль распятого, а своего рода злая финальная насмешка, чтобы он потерпел еще немного — вдруг к нему на помощь придет Илия (!). Нам не говорят, выпил ли Иисус этот напиток. Вполне возможно, у него уже ни на что не осталось сил. Сцена с предложением Иисусу уксуса в последние мгновения его жизни настолько явственно запечатлена во всех источниках, что, вероятно, она имеет историческую основу: еще одно издевательство, на сей раз в разгар агонии[992]. Но наверняка эта деталь была взята из традиции, поскольку она была наполнена особой глубиной в свете жалоб молящегося, стенавшего: «Ждал сострадания, но нет его, — утешителей, но не нахожу. И дали мне в пищу желчь, и в жажде моей напоили меня уксусом»[993].

Оставалось лишь ждать. Иисус был пригвожден к кресту между девятью утра и двенадцатью дня[994]. Агония продлится недолго. Для Иисуса это самый трудный момент. В то время как его тело деформируется, все мучительнее становится нарастающее удушье. Постепенно он остается без крови и без сил. Его глаза едва могут что-либо различить. Извне до него доносятся лишь насмешки вместе с криками отчаяния и бешенства тех, кто умирает рядом с ним. Скоро он содрогнется от конвульсий. Затем раздастся последний предсмертный хрип[995].

В руках Отца

Как переживает Иисус эти страшные муки? Что он чувствует, видя крах своего замысла о Царстве Божьем, бегство самых близких учеников и враждебное отношение окружающих? Как он встречает эту сколь позорную, столь и мучительную смерть? Будет ли правильно попытаться развить исследование психологического характера, которое погрузило бы нас во внутренний мир Иисуса? Источники не концентрируются на психологическом анализе страстей, но они призывают внимательно вглядеться в его положение, обозначаемое как «страдание неповинного праведника», описанное в разных и хорошо известных иудейскому народу псалмах.