Империя боли. Тайная история династии Саклер, успех которой обернулся трагедией для миллионов

Однажды вечером где-то в конце 1950-х годов[533] Лир ужинал[534] со своим знакомым врачом-исследователем. По завершении трапезы тот пригласил Лира посетить лабораторию, где работал. Его беспокоил один момент, который он хотел обсудить с приятелем. «Взгляни-ка на эти штуки», – сказал он Лиру, открывая ящик стола, полный фармацевтической рекламы и бесплатных образцов новых рецептурных препаратов. Эти рекламные проспекты зачастую оказываются чистым жульничеством, негодовал врач. Они содержат ничем не подкрепленные утверждения насчет возможностей этих препаратов. И это не первый случай, убеждал он Лира, демонстрируя ему серию рекламных материалов по Сигмамицину, комбинированному антибиотику «третьего поколения», который компания Pfizer представила на конференции в «Уилларде» еще в 1956 году.

В одном из этих материалов, брошюре, которую рассылали врачам по почте[535], говорилось:

«Все большее число врачей выбирают Сигмамицин основным средством антибиотикотерапии».

Еще в брошюре был коллаж из визиток с именами, адресами и приемными часами восьми врачей, которые якобы выступили в поддержку Сигмамицина. Один доктор из Майами, другой из Тусона, третий из Лоуэлла, штат Массачусетс… Сигмамицин был не только «высокоэффективным» средством, указывала реклама, но и «клинически одобренным». Пока Лир знакомился с брошюрой, его приятель-врач рассказал, что написал письма каждому из упомянутых в ней врачей[536], чтобы расспросить о результатах клинических испытаний, которые они, предположительно, провели. После чего сунул Лиру стопку конвертов. Это были отправленные им письма. На каждом стоял штамп «вернуть отправителю: не востребовано».

Заинтригованный, Лир сам написал этим врачам[537]. Его письма тоже вернулись нераспечатанными. Тогда он разослал телеграммы – и ему сообщили, что таких адресов не существует. Наконец, он пытался звонить по телефонным номерам, указанным на визитках, но безуспешно: номера тоже оказались выдуманными. Pfizer завалил этой рекламной брошюрой врачей во всех штатах. И она выглядела такой правдоподобной, такой настоящей, с солидным налетом авторитетности, который придавали ей мнения аж восьми почтенных докторов медицины! Эта реклама была лощеной, внушительной и фальшивой в самой своей сути. Она была произведена агентством Артура Саклера[538].

В январе 1959 года Лир опубликовал первые результаты своего расследования в статье, вышедшей в «Сэтеди ревью»[539] под заголовком «Чудо-лекарства без чуда». На резком контрасте с эйфорией, которой обычно сопровождалась публичная дискуссия об антибиотиках, Лир указал на то, что эти препараты назначают слишком массово, часто без каких-либо медицинских оснований, и что отчасти в этом виновна вездесущая и изощренная фармацевтическая реклама.

После публикации этой статьи на Лира обрушился вал писем. Некоторые профессиональные медики, связывавшиеся с ним, указывали, что, если Лир желает продолжить расследование этой темы – коррупции в медицине, порождаемой бизнесом, – возможно, ему стоит присмотреться к человеку по имени Генри Уэлч, который руководит отделом антибиотиков в FDA. И Лир решил позвонить Уэлчу, чтобы попросить об интервью.

Надо же, какое совпадение, сказал Уэлч, когда Лир до него дозвонился[540]. Оказывается, как раз в тот самый момент он садился писать письмо обо «всех ошибках, которые вы допустили в своей статье».

Лир приехал в Вашингтон на встречу с Уэлчем, и они проговорили два часа[541]. Уэлч был спокоен и невозмутим. Он заверил Лира, что все страхи, связанные с маркетингом новых лекарств, не имеют под собой оснований. Конечно же, фыркнул он, американские врачи «не настолько наивны, чтобы обманываться какой-то там рекламой». Опасности антибиотиков тоже преувеличены, продолжил Уэлч, а что касается собственных источников Лира в медицинском сообществе, утверждающих обратное, так это люди, «говорящие так по незнанию». Прибегнув к классическому приему вашингтонских власть имущих, Уэлч привел на интервью какую-то мелкую сошку из FDA, и задачей этого аппаратчика, как заподозрил Лир, было в основном выражать полное согласие со всем, что говорил Уэлч. Но тут Лир радикально сменил тактику, сказав, что хотел бы поговорить с Уэлчем наедине, и вежливо, но твердо попросил его подчиненного уйти. Когда они остались с Уэлчем вдвоем, Лир сказал, что разговаривал с источниками, которые сообщили ему, что Уэлч получает существенный доход от двух журналов, которые выпускает на пару с Феликсом Марти-Ибаньесом.

– Это мое личное дело, откуда я получаю доходы! – взвился Уэлч, перестав притворяться добродушным.

Лиру эта позиция показалась странной для государственного чиновника. Уэлч пояснил, что эти два журнала выпускает издательство под названием «MD Пабликейшенс» и что он не имеет личной финансовой доли в этой компании.

– Я связан с ними только как редактор, и за эту работу получаю гонорар, – сказал он, добавив, что ему просто доставляет удовольствие редактировать журналы. – И я не намерен от нее отказываться.