Империя боли. Тайная история династии Саклер, успех которой обернулся трагедией для миллионов

Вплоть до этого времени морфин чаще всего применяли внутривенно, либо через капельницу, либо в виде инъекций по расписанию. Это означало, что пациенты, страдавшие от поздних стадий рака или других чрезвычайно болезненных недугов, не имели иного выбора, кроме как проводить свои последние дни в больницах, где им могли вводить обезболивающие препараты. Но Napp незадолго до этого разработал специальную систему покрытия таблеток, которая позволяла тщательно регулировать диффузию действующего вещества в кровеносную систему пациента с течением времени. Эту систему назвали «Континус» (Continus)[956], (или «контин») и уже применяли в изготовлении лекарства от астмы. А что, если применить ее и с морфином? Это означало, что пациент мог проглотить таблетку, и морфин медленно поступал[957] в организм, так же как при применении капельницы. Новое лекарство, которое стало известно под названием «МС-контин» (MS Contin)[958], поступило в продажу в Соединенном Королевстве в 1980 году и стало настоящим прорывом.

«МС-контин на самом деле был[959] невероятным препаратом, поскольку он, в частности, позволял пациентам с раком избегать госпитализации, необходимой для того, чтобы получить избавление от боли, – вспоминала впоследствии дочь Мортимера, Кэти. – До его появления пациентам приходилось то и дело ложиться в больницу, чтобы облегчить боль». МС-контин «это изменил», говорила она. За три десятилетия, в течение которых Purdue Frederick принадлежала Саклерам, они принимали умные и выгодные бизнес-решения, такие как лицензирование Сенокота и Бетадина, но никакой тяги к инновациям компания не демонстрировала. Поэтому МС-контин знаменовал собой большой скачок, будучи по-настоящему революционным продуктом. В 1983 году лондонская «Таймс»[960] привела слова одного врача, заявившего, что новое лекарство входит в число «самых важных достижений в области наркотических средств этого столетия», а другой врач утверждал, что оно представляет собой «самый важный шаг вперед в лекарственном обезболивании со времен появления самого морфина». Саклеры безмерно гордились этим достижением, хвастаясь, что система «Контин» «революционизировала»[961] применение не только морфина, но и лекарств вообще[962]. В рекламе Napp цитировалась статья из «Таймс» и провозглашались развитие и цели компании, выраженные словами: «Мы не намерены[963] останавливаться».

После того как под руководством Мортимера было разработано в Англии это новое рецептурное средство, следующим шагом Саклеры хотели продвинуть его на рынок уже в вотчине Рэймонда, Соединенных Штатах. Но эта задача поставила перед ними интересную дилемму. Саклеры придерживались нарратива о том, что МС-контин – препарат новый и даже революционный. Но регламент FDA для официальной регистрации любого нового рецептурного средства требовал длительного и хлопотного процесса подачи заявки на одобрение. А что, если сменить нарратив и утверждать, что это никакое не новое средство? Единственным активным веществом таблеток был морфин, старое и знакомое наркотическое вещество, давным-давно одобренное к применению. Действительно, изменился-то только механизм его доставки в организм пациента. Так совпало, что в то время готовилось новое федеральное постановление, которое запрещало внедрение новых модификаций старых лекарств без стандартной заявки в FDA, как на новые препараты. Когда Говард Юделл узнал, что грядут эти изменения, он решил, что Purdue следует попытаться их опередить. «Пока это не вступило в силу[964], давайте сделаем МС-контин – и выбросим его на рынок», – передает его слова Барт Коберт, работавший с ним в это время. И вот, даже не уведомив FDA, не то что не попросив у него разрешения[965], Purdue начала производить МС-контин на заводе в Нью-Джерси и предложила его на продажу в октябре 1984 года.