Читаем Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945 полностью

Однако в этом процессе были выявлены проблемы. В ноябре 1944 г. И.В. Сталин в разговоре с Э. Карделем, И. Шубашичем и С. Симичем отметил, что «югославские офицеры не слушают советских консультантов». Уверенность югославского партизанского командования в силе собственного опыта порой пересиливала уважение к опыту Красной армии[1657]. 13 декабря того же года Сталин сообщил И.Б. Тито, что обеим сторонам «нужно… сговориться насчет русских инструкторов для югославской армии, насчет их прав и обязанностей. Отсутствие согласованных решений по всем этим вопросам невозможно дальше терпеть, так как оно тормозит дело»[1658].

Такие решения были приняты. Согласно постановлению ГКО от 10 февраля 1945 г. № 7527сс, «советники и инструкторы в отношении личного состава НОАЮ никакими административными правами не пользуются. Основным методом работы советников и инструкторов… является оказание повседневной помощи командиру или начальнику НОАЮ (при котором состоит советник или инструктор) во всех вопросах жизни и деятельности части, соединения и учреждения… Каждый советник и инструктор в своей практической работе должен установить полное взаимное понимание и тесный контакт, способствующий росту и укреплению югославской армии»[1659].

После окончания войны советники из СССР продолжали оказывать помощь новой югославской армии. Так, 10 мая 1945 г. И.В. Сталин приказал «оставить до особого распоряжения в составе ВВС югославской армии 14 человек»[1660]. К 31 декабря 1945 г. в югославской армии оставалось 115 советников из СССР[1661].


Еще в первой половине 1940 г. Югославия выражала желание купить в СССР вооружение и военную технику. В апреле 1941 г., одновременно с подписанием советско-югославского договора, СССР предложил Югославии военно-техническую помощь в объеме 50—100 истребителей, 20–25 легких бомбардировщиков, 100 противотанковых пушек, 10 батарей по 4 76-мм пушки и пр.[1662] Однако помощь передана не была, в первую очередь из-за нападения Германии на Югославию.

В начале 1942 г. Советский Союз и югославские партизаны достигли договоренности о военной помощи. Однако тогда помощь не пришла, главной причиной чего было то, что СССР тогда не имел достаточного количества оружия даже для собственных нужд, а также транспортных самолетов с дальностью, достаточной для полета в Югославию[1663].

Наконец в декабре 1943 г. началось регулярное и масштабное оказание помощи Советским Союзом югославскому Сопротивлению. Для этого была сформирована специальная авиагруппа из состава советской авиации дальнего действия[1664]. Однако эта помощь, по оценке В.М. Молотова, данной во время разговора с М. Джиласом и В. Терзичем 24 апреля 1944 г., была «еще недостаточной»[1665].

Обмен военными миссиями способствовал расширению помощи[1666]. Со стороны Югославской миссии, прибывшей в СССР в апреле 1944 г., поступило пожелание вопросы снабжения «приспособить к… потребностям» НОАЮ, которая ожидала от Советского Союза «усиления… военной помощи, особенно вооружением, боеприпасами, продовольствием и обмундированием». В ответ советское руководство дало разрешение НКО СССР на отпуск необходимого вооружения, боеприпасов и продовольствия по заявке югославской военной миссии. В частности, 19 апреля 1944 г. было решено, что можно немедленно выделить югославам 30 тыс. трофейных немецких винтовок и другое оружие[1667].

5 июля 1944 г. И.Б. Тито в письме И.В. Сталину сообщил, что НОАЮ «необходимо намного больше вооружения и продовольствия, чем то, что нам до настоящего времени союзники посылали. Эти потребности растут с ростом нашей армии». Тито указывал, что югославы не могут рассчитывать на «эффективную помощь со стороны союзников», так как британцы «всеми способами хотят замедлить формирование наших танковых и авиационных частей». Он отметил, что «для нас всякая, даже самая маленькая, помощь со стороны СССР весьма драгоценна. И я вас прошу об этой помощи»[1668]. В ответ Советский Союз расширил оказание военно-технической помощи НОАЮ, а также оказал НКОЮ финансовую помощь[1669].

Для снабжения НОАЮ были созданы специальные авиабазы. Сначала такая база работала в Киеве[1670]. Затем, в мае 1944 г., она была перебазирована в пос. Калиновка Винницкой области[1671] и работала в связке с 5-й гвардейской авиадивизией (в составе 30 экипажей). В том же месяце вылетевшие с базы 99 самолетов сбросили для НОАЮ 78 773 кг грузов, в июне – 102 самолета доставили 59 046 кг грузов[1672].

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Вторжение
Вторжение

«Вторжение» — первая из серии книг, посвященных Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853-1856 гг.). Это новая работа известного крымского военного историка Сергея Ченныка, чье творчество стало широко известным в последние годы благодаря аналитическим публикациям на тему Крымской войны. Характерной чертой стиля автора является метод включения источников в самую ткань изложения событий. Это позволяет ему не только достичь исключительной выразительности изложения, но и убедительно подтвердить свои тезисы на события, о которых идет речь в книге. Наверное, именно поэтому сделанные им несколько лет назад выводы о ключевых событиях нескольких сражений Крымской войны сегодня общеприняты и не подвергаются сомнению. Своеобразный подход, предполагающий обоснованное отвержение годами сложившихся стереотипов, делает чтение увлекательным и захватывающим. Язык книги легкий и скорее напоминает живое свободное повествование, нежели объемный научно-исторический труд. Большое количество ссылок не перегружает текст, а, скорее, служит, логичным его дополнением, без нудного тона разъясняя сложные элементы. Динамика развития ситуации, отсутствие сложных терминов, дотошность автора, последовательность в изложении событий — несомненные плюсы книги. Работа убедительна авторским профессионализмом и количеством мелких деталей, выдернутых из той эпохи. И чем более тонкие и малоизвестные факты мы обнаруживаем в ней, которые можно почерпнуть лишь из свежих научных статей или вновь открытых источников, обсуждаемых в специальной литературе, тем ценнее такое повествование. Несомненно, что эта работа привлечет внимание всех, кому интересна история, кто неравнодушен к сохранению исторической памяти Отечества.

Сергей Викторович Ченнык

Военная история / Образование и наука