Читаем Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945 полностью

Масштабной была советская помощь в сфере военной медицины. Советские летчики эвакуировали 1603 раненых югославских бойцов, а также доставили на территорию Югославии свыше 80 советских врачей и медсестер[1686], в том числе группу во главе с известным советским военным хирургом полковником А.А. Казанским. Сербский историк П. Байич сделал обоснованный вывод о том, что врачи из этой группы внесли неизмеримый вклад в развитие югославской военной медицины. Советские медики организовали мобильные хирургические бригады, и преимущественно на основании их предложений осенью 1944 г. была проведена реорганизация санитарной службы НОАЮ. В декабре 1944 г. советские медработники создали в Югославии госпитальную базу на 5 тыс. коек. Кроме того, НОАЮ было передано оборудование для 7 эвакогоспиталей и 4 полевых госпиталей. Советские медики оказали помощь 11 тыс. раненым югославским воинам. С помощью лаборатории 3-го Украинского фронта был создан Институт переливания крови в Белграде и станции переливания крови во всех больничных центрах Сербии и Воеводины. По советской инициативе был основан журнал «Военно-медицинский обзор», в котором было опубликовано большое количество статей с ценными инструкциями для югославских военных врачей[1687].

С 1945 г. новых формирований югославских войск на территории СССР не проводилось[1688]. Упор в советско-югославском военном сотрудничестве окончательно сместился на оказание помощи НОАЮ, в том числе в плане преобразования ее в регулярную армию новой Югославии. В этом процессе Красная армия была образцом. Проявилось это в первую очередь в материально-технической сфере.

Еще во время визита И.Б. Тито в Москву в сентябре 1944 г. было решено, что к концу 1944 г. Красная армия поставит оружие и технику для 12 дивизий НОАЮ (около 10 тыс. человек в каждой) и двух дивизий югославских ВВС[1689]. До конца 1944 г. при помощи СССР было осуществлено перевооружение 11 югославских дивизий[1690].

В январе 1945 г. командование НОАЮ запросило оружие и технику еще для 10 дивизий[1691]. 10 февраля было принято соответствующее решение ГКО № 7527сс[1692]. С марта по сентябрь 1945 г. СССР передал Югославии вооружение и имущество для оснащения 20 пехотных дивизий шеститысячного состава, трех артиллерийских и двух танковых бригад, одной смешанной и одной транспортной авиадивизий, трех армейских инженерных и одного понтонного батальона, трех полков связи и трех автомобильных полков[1693], а также другое имущество: например, в марте 1945 г. – материальную часть и вооружение 82-го зенитного артиллерийского полка, дислоцировавшегося в Белграде[1694], в мае 1945 г. – 740 тонн ГСМ от 3-го Украинского фронта[1695].

Была оказана помощь в создании югославской системы военного образования. Согласно постановлению ГКО от 10 февраля 1945 г., были переданы самолеты, вооружение и другое имущество на формирование летной школы численностью 780 курсантов; школы механиков (720 человек); школы младших авиаспециалистов (400 человек), десяти пехотных школ подготовки офицеров (по 1000 человек каждая), пехотной офицерской школы (2000 человек), курсов усовершенствования старших и высших офицеров (500 человек), десяти артиллерийских школ и учебных центров (1500 человек), инженерного училища (1000 человек), училища связи (1200 человек), танкового учебного центра (100 человек). Была также оказана помощь военной литературой, учебными пособиями, топографическими картами и пр., разработкой штатов и табелей для формируемых штабов, соединений и частей югославской армии, в организации мастерской по ремонту артиллерийского и стрелково-минометного вооружения[1696]. Советская помощь позволила партизанской югославской армии перерасти в солидно и современно вооруженную и обученную армию[1697].

В конце войны под советско-югославское военное сотрудничество была окончательно подведена и правовая основа: 11 апреля 1945 г., когда между СССР и Югославией был заключен Договор о дружбе, взаимопомощи и послевоенном сотрудничестве, гласивший, что обе стороны «обязуются оказывать друг другу военную и другую помощь… всеми имеющимися в их распоряжении средствами».


Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Вторжение
Вторжение

«Вторжение» — первая из серии книг, посвященных Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853-1856 гг.). Это новая работа известного крымского военного историка Сергея Ченныка, чье творчество стало широко известным в последние годы благодаря аналитическим публикациям на тему Крымской войны. Характерной чертой стиля автора является метод включения источников в самую ткань изложения событий. Это позволяет ему не только достичь исключительной выразительности изложения, но и убедительно подтвердить свои тезисы на события, о которых идет речь в книге. Наверное, именно поэтому сделанные им несколько лет назад выводы о ключевых событиях нескольких сражений Крымской войны сегодня общеприняты и не подвергаются сомнению. Своеобразный подход, предполагающий обоснованное отвержение годами сложившихся стереотипов, делает чтение увлекательным и захватывающим. Язык книги легкий и скорее напоминает живое свободное повествование, нежели объемный научно-исторический труд. Большое количество ссылок не перегружает текст, а, скорее, служит, логичным его дополнением, без нудного тона разъясняя сложные элементы. Динамика развития ситуации, отсутствие сложных терминов, дотошность автора, последовательность в изложении событий — несомненные плюсы книги. Работа убедительна авторским профессионализмом и количеством мелких деталей, выдернутых из той эпохи. И чем более тонкие и малоизвестные факты мы обнаруживаем в ней, которые можно почерпнуть лишь из свежих научных статей или вновь открытых источников, обсуждаемых в специальной литературе, тем ценнее такое повествование. Несомненно, что эта работа привлечет внимание всех, кому интересна история, кто неравнодушен к сохранению исторической памяти Отечества.

Сергей Викторович Ченнык

Военная история / Образование и наука