Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945

За мобилизованных поляков шла аппаратная борьба между органами комплектования Красной армии и Войска польского. Ситуация, когда областные военкоматы «под разными предлогами пытались направлять их [поляков] в запасные дивизии под видом белорусов»[683], была не единичной и вызывалась прозаической причиной: военкоматам требовалось выполнить наряды – основную для них обязанность призыва людей в Красную армию, и поэтому «подчищались» и те категории граждан, которые призывались особым порядком – в частности, поляки.

Весьма характерный пример относился к сентябрю 1944 г.: около 4 тыс. поляков, мобилизованных в Виленской области и в Западной Белоруссии, были отправлены не в Войско польское, а в запасную дивизию, дислоцированную в районе г. Горький. Мобилизованные поляки знали, что должны отправиться в польскую армию, в связи с чем «настроение среди польских бойцов плохое». Наконец, поступило распоряжение 3 тыс. поляков отправить в Войско польское, но 1 тыс. человек все равно оставили на месте[684].

С поляками, мобилизуемыми в советские войска, нередко возникали инциденты: они отказывались служить в Красной армии и требовали отправки именно в польские части. Они «не берут оружия, не выходят на занятия и отказываются принимать военную присягу», – сообщалось в одном из докладов[685]. Если ситуация доходила до острого конфликта и поляки ультимативно требовали отчислить их из Красной армии, по специальному указанию Главупраформа Красной армии они изымались «из запасных частей округа и направлялись на лесозаготовки»[686].

Случаи призыва поляков в Красную армию или на «трудовой фронт» (на промышленные предприятия) были отмечены и в тылу. Если им удавалось связаться с вышестоящим советским командованием, Союзом польских патриотов или польским командованием, то каждый случай порождал обильную переписку с выяснением конкретных обстоятельств каждого заявителя. В ряде случаев советские военные органы уступали. 30 ноября 1944 г. начальнику Мобилизационного управления Главупраформа Красной армии генерал-майору П.Н. Голубеву пришлось дать указание штабам Приволжского, Уральского и Сибирского военных округов о направлении таких лиц в Войско польское. В директиве, в частности, указывалось: «Некоторые военкоматы… мобилизуемых польских граждан, по национальности поляков, направляют не в польские запасные части, а в части Красной армии, чем вызывают жалобы со стороны последних, создают излишнюю переписку и непроизводительные расходы по последующему переводу таких лиц из Красной армии в Польское войско»[687]. В то же время во второй половине 1944 г. Мобуправление Главупраформа Красной армии поясняло местным органам военного управления, что передаче в польскую армию подлежали только поляки, родившиеся в «Центральной Польше», в то время как поляков – уроженцев западных областей УССР и БССР надлежало направлять в Красную армию[688]. Хотя раньше уроженцы Украины и Белоруссии также направлялись в польскую армию. Польских евреев, вне зависимости от места рождения, в этот период отправляли на «трудовой фронт», а в ответ на их ходатайства, подававшиеся через представительства Союза польских патриотов, следовала отписка: «Разъясните указанным военнообязанным, что их работа в тылу так же важна и почетна, как и служба в действующей армии»[689]. Безусловно, представленные факты отражали тенденции борьбы за людские ресурсы, обострившейся в конце войны.

Справедливости ради, следует отметить, что существовал и обратный поток: из польской армии – в Красную. Как правило, советские поляки из центральных областей страны, не знавшие польского языка, тяготились незнакомой им культурной и языковой средой и просили о переводе в части Красной армии. Такие просьбы рассматривались индивидуально[690].