Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945

Широкое распространение дезертирство получило с августа 1944 г. и было связано именно с широким вовлечением в ряды Войска польского жителей «центральной» Польши. Осенью 1944 г. ежедневно покидали свои части с оружием в руках 40–60 солдат и офицеров. За первые 15 дней октября 1944 г. дезертировало около 2 тыс. человек. Заместитель наркома внутренних дел И.А. Серов, добиваясь резкого усиления органов военной контрразведки в Войске польском, 17 октября 1944 г. сообщал Л.П. Берии, явно сгущая краски, что «на протяжении последних двух месяцев ежедневно из польской армии дезертировало около 2000 человек»[722] (то есть около 120 тыс. человек за два месяца!). Наиболее резонансный случай массового дезертирства произошел в период участия войск 1-й польской армии в боях за Варшаву в августе – сентябре 1944 г. В одну из ночей в лес ушли 636 солдат и офицеров (первоначально числилось 1400 человек[723]) 31-го пехотного полка 7-й пехотной дивизии[724]. Инцидент был показательно расследован, а виновные наказаны. К смертной казни были приговорены несколько офицеров полка, в том числе и советских, однако М. Роля-Жимерский заменил казнь службой в штрафной роте. 31-й пехотный полк был расформирован и навсегда исключен из списков Войска польского[725]. Инцидентов меньшего масштаба, подобных описанному, отмечалось немало. Случаи массового дезертирства отмечались и в первой половине 1945 г. Например, 2 марта из офицерской танковой школы бежало 70 курсантов, а из 28-го полка 9-й пехотной дивизии – целый батальон (380 человек); 29 апреля дезертировал еще один батальон (450 человек) и т. д.[726]

Массовое дезертирство продолжалось до последних дней войны, и часто непосредственной его причиной становились самые нелепые слухи. Например, в конце марта при передислокации дивизий 2-й польской армии с 1-го Белорусского на 1-й Украинский фронт распространился слух о том, что польские дивизии «везут к границам Чехословакии, чтобы разоружить и погрузить в эшелоны для отправки в Сибирь»[727]. В результате дезертировали около двухсот человек.

В бою военнослужащие польской армии также не проявляли большого рвения. В период боев за Варшаву в августе – сентябре 1944 г., когда берлинговцы переправились на западный берег Вислы и занимали один из участков в боевых порядках восставших, они выглядели дезориентированными, не доверяли своим командирам и, по мнению аковцев[728], «если бы могли, сразу же перешли бы к немцам»[729].

Советские спецслужбы неоднократно обвиняли руководство Армии крайовой, что оно «через внедрившихся своих солдат и офицеров» проводит в Войске польском агитацию за дезертирство. В значительной мере это было справедливо.

Правда, следует учитывать и то, что такая агитация ложилась на хорошо удобренную почву: плохие бытовые условия, коррупция, нежелание подчиняться советским командирам, близость дома и т. д.

Армия крайова была самой влиятельной и крупной (хотя далеко не единственной) подпольной армией на территории Польши, оккупированной нацистами. Она представляла лондонское эмигрантское правительство и вместе с его представительствами (делегатурами) была интегрирована в хорошо организованное и скоординированное так называемое «подпольное государство». История Армии крайовой хорошо изучена в польской и российской историографии. Здесь имеет смысл остановиться лишь на одном ее аспекте: попытках интеграции личного состава Армии крайовой в ряды Войска польского, испытывавшего большую нехватку в людях.

Советский Союз в преддверии неминуемой победы уже не нуждался в поддержке со стороны лондонского правительства и его армии. Полностью разрушенные катынским скандалом отношения не способствовали теплой встрече частей Красной армии с партизанами Армии крайовой. Однако на тактическом уровне первые контакты советского командования с командованием АК, состоявшиеся в начале 1944 г., были вполне плодотворны. Весной 1944 г. и Сталин допускал совместные действия с АК на условиях полного оперативного подчинения последней советскому командованию[730].