Читаем Исконно русская Европа. Откуда мы? полностью

Но и латинская версия не объясняет, зачем он понадобился «азиатам»-монголам. Неужто и эти решили примазаться к европейскому величию? Все становится на свои места, если рассматривать монголов не в духе Буровского, а как ордена (орды), направленные папой на освоение восточных территорий. Только в этом случае использование ими символики Священной Римской империи не будет выглядеть несуразицей. В самом деле, не у монголов же переняли римляне орла?

А, кстати, что это за имя у Джанибека, при котором в ходу были медные деньги с изображением орла, такое странное, не восточное? Что-то до боли знакомое в нем чудится. Не иначе очередной крестоносец среди монголов затесался. Так и есть. Правда, теперь это уже Джон. Джон – бык, если быть точным, т. е. Джон – турок, или, если хотите, Иван – турок.


Рис. 29. Орел Палеологов из Евангелия Дмитрия Палеолога (XII–XIV), больше похожий на бройлерную курицу


Удивительно, но факт: тюркское «бука», («буга») (напр.: Кит-бука-нойон), от которого, очевидно, произошел титул «бек», есть испорченное произношением общеславянское «бык» («бугай»), т. е. «тур», т. е. «турок»[142]

.

Впрочем, после Пайдара – Петы, оказавшегося на поверку тамплиером Питером, уже ничему не приходится удивляться.

А ведь Джанибек родом даже не из кыпчаков, которые, отираясь вблизи имперских границ, могли перенимать европейские имена хотя бы в искаженном виде, а из самых настоящих монголов. Его род восходил по легенде к самому Джучи, сыну Чингисхана.

И опять мы наталкиваемся на русско-тюркско-немецкие параллели.

Впрочем, в официальной истории можно найти и другую версию происхождения Джанибекова орла, вполне отвечающую, так сказать, «духу и букве». Согласно этой версии отец Джанибека, Узбек (ум. в 1342 г.), был женат на Ефросинье – дочери Андроника III Палеолога (1296–1341). Выдав дочь за хана, император, положение которого было очень шатким, надеялся таким образом приобрести себе могущественного союзника.

Получается, ордынский орел «вылетел» из того же «гнезда», что и московский.

Однако с этим не вяжется тот факт, что данный символ был в ходу у степных народов задолго до этой свадьбы. Тем более что Ефросинья была всего лишь приемной дочерью императора.

То есть без привязки монголов к Священной Римской империи все равно не обойтись. В этой системе координат наличие у них двуглавого орла не нуждается в обосновании, как не нуждается в обосновании и наличие его у московских правителей, которые были выразителями интересов этих самых «монголов». Их этот символ. Ни у кого они его не перенимали. Скажу даже больше. Двуглавый орел – это символ государства как такового, где одна голова – это оседлое, или, если можно так выразиться, «тяглое» население, а вторая – «окучивающий» его орден (орда), т. е. «служилая» аристократия (тюрки, русы).

При этом абсолютно нелепым надо считать тот взгляд, что московские правители были холуями или вассалами монгольских ханов. Они и были этими «монголами», а на самом деле – «немцами». Такими же «немцами», каким был князь Рюрик, родом, как известно, «из Немец», Романовы, выехавшие из Пруссии или Литвы, Софья Фредерика Августа Ангальт-Цербстская (будущая Екатерина II), родом из той же Пруссии (Поруссии, Порусья) – земли онемеченных русских, и т. д.

Впрочем, и западноримская версия нуждается в корректировке. По большому счету орел – это не только не византийский, но и не латинский символ. Это также и не символ имперскости, как может показаться на первый взгляд. Орел – это скорее знак княжеской (ханской) власти вообще, символ наемных дружин, поставляющих аристократию «тяглому» населению и формирующих, таким образом, государственность где бы то ни было – на Востоке или на Западе.

Другими словами – это символ воинского братства, как такового. Уже Священная Римская империя, сколоченная в том числе и норманнами – пиратами и разбойниками, являлась, по сути, таким братством, что делало использование ею данной символики совершенно естественным. То же можно сказать об Англии и Руси – явлениях того же порядка. История это совершенно точно подтверждает. «Начало широкого распространения изображений с двуглавым орлом, – отмечает С. Панасенко, – совпадает с началом походов викингов (варягов). Дружины викингов хозяйничали в Балтийском, Северном, Средиземном, Тирренском, Ионическом и Адриатическом морях, совершали набеги на Британские острова, основали колонии в Исландии и Гренландии, их корабли за несколько веков до Колумба посетили берега Америки. И в истории России немалую роль сыграли варяги Аскольд, Дир, Рюрик, Олег»[143].

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Елена Семеновна Василевич , Валентина Марковна Скляренко , Джон Мэн , Василий Григорьевич Ян , Роман Горбунов , Василий Ян

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное