Исконно русская Европа. Откуда мы?

Может возникнуть вопрос: действительно ли «стрелец» является калькой «мушкетера»? И на этот вопрос можно ответить положительно: позднелатинское muscheta, как раз и означает разновидность метательной стрелы, жужжащей наподобие москита. Т. е. «мушкетер» можно перевести и как «мечущий стрелы», «стрелец».

Кстати, латинскому muscheta в силу стреловидности минаретов обязана своим названием и мусульманская мечеть. Такой вот парадокс.

Слова «мушкетер» и «стрелец» соответствуют и по содержанию. Посмотрите на рисунок, изображающий стрельцов в бою (рис. 21). Нет никаких сомнений, что в руках у них мушкеты, ибо опирают они их на бердыши (топоры на длинной рукояти с широким, серповидным лезвием), что возможно только при использовании таких длинных и тяжелых ружей, как мушкеты.

На этих же рисунках (рис. 20, 21) можно также увидеть, что одежда и вооружение «москалей» не отличались от казацких. Те же кафтаны, правда, унифицированные, красного цвета, поддетые под них зипуны, колпаки с меховым околышем и свисающим верхом – общеказацкий головной упор, аналогом которого у украинских казаков была гайдамацкая шапка. Последняя, правда, отличалась более высоким околышем.

Итак, изначально «московитами» назывались стрельцы-мушкетеры. Именно им, а не мифическим «мокселям», обязана Москва своим названием. Впоследствии об этой подробности (мушкет) забыли и «московит» стал просто солдатом. А начиная с XVII века этим термином уже стали называть весь российский народ. С этого времени два этих понятия «зажили» каждое своей собственной жизнью. Одно (стрельцы) осталось за московским стрелецким войском, расформированным Петром I после стрелецкой казни в 1698 году, другое (московиты, москали), явно не без помощи «доброжелателей» России стало синонимом россиян.

В датах между изобретением мушкета и первыми упоминаниями о Москве имеются расхождения, что может породить сомнения в справедливости сделанных выводов. Действительно, название «Москва» («Москов») впервые встречается в Ипатьевской летописи под 1147 годом, т. е. задолго до изобретения мушкета и создания стрелецкого войска. Будто бы суздальский князь Юрий Владимирович, более известный как Юрий Долгорукий, пригласил к себе в гости, в Залесье, новгород-северского князя Святослава Ольговича, своего союзника в борьбе за киевский «стол». Последний взял с собой своего сына Олега, князя Владимира Рязанского и дружину. Вот, как описано это в летописи: «И прислав Гюрги к Святославу, рече: приди ко мне брате в Москов.

Святослав же ехал к нему с дитятем своим Олегом в мале дружине, поима с собою Владимира Святославича; Олег же еха наперед к Гюргю и да ему пардус. И приеха по нем отец его Святослав и тако любезно целовастася в день пяток на Похвалу Святой Богородице и быша весели. На другой же день повел Гюрги устроить обед силен, и створи честь велику им и да Святославу дары многи с любовию и сынови его Олегови и Владимиру Святославичу (Рязанскому), и муж Святославл учреди и тако отпусти».

Возражения эти на поверку оказываются шаткими. На самом деле летопись написана гораздо позднее этих событий. Ученые датируют время ее написания XV веком, причем, вывод этот не окончателен. Уже одно это предполагает возможность проникновения в нее более современной лексики, включающей понятие «мушкет». То есть вотчина Юрия Долгорукого вполне может фигурировать здесь уже под своим нынешним названием.

Все это ни в коей мере не ставит под сомнение дату происхождения Москвы. Просто до XVI века она именовалась по-другому, возможно, Кучковым. В той же Ипатьевской летописи под 1176 годом можно обнаружить фразу: «Идоша с нимъ до Кучкова, рекше до Москвы». Уже из самого текста понятно, что переписчик величает Москвой то, что на самом деле именовалось Кучковым.

В книге «Другая история Руси» комментируется глава из книги об истории Москвы, где в полной мере присутствует путаница в показаниях по поводу древнего названия столицы: «Процитируем главку «Москва звалась Кучково» из книги, которая вышла в начале 90-х годов тиражом 100 тысяч экземпляров. Мы не приводим здесь ее названия, хоть и предпослано тексту скромное заявление, что «эта книга – кладезь мудрости…». Итак, дословно: «Самое древнее упоминание о Москве обнаружено на одной из берестяных грамот, найденных в Новгороде. Первое известное упоминание о Москве, датируемое 1147 годом, встретилось в Ипатьевской рукописи.

Но сама рукопись, рассказывающая о событиях XII века, была написана в XV веке. Новгородское же берестяное письмо датируется серединой XII столетия, то есть примерно 1160–1170 годами. Автор пишет о том, что намеревается посетить населенный пункт на Москве-реке, ставший впоследствии столицей русского государства. По утверждению руководителя новгородской археологической экспедиции академика В. Янина, Москва тогда называлась Кучково».