Исконно русская Европа. Откуда мы?

Вот, оказывается, зачем «москалям» смена вывески понадобилась. Для форсу. А ведь нас в школе учили, что именно западноевропейские государства, а не периферийное княжество Литовское (заметьте: княжество, а не королевство) в Средние века являли собой светоч цивилизации. Видать, плохо учили. Остается только гадать, как Литве удалось в столь короткий срок добиться столь потрясающих результатов в развитии. Ведь совсем незадолго до этого, в XIII веке, пруссов и литовцев еще «крестили» огнем и мечом тевтонские «цивилизаторы», а в западных хрониках констатировалось, что у этих народов господствовали родоплеменные отношения.

Остается открытым и другой вопрос: отчего это «дремучая» Западная Европа по примеру «московитов» не разучила быстренько русский, и не сменила свое название на «Русь», дабы соответствовать стандартам? Об Иване Грозном, переименованном в Ужасного, я уже не говорю. И так понятно, что это сделано с целью нагнать побольше страху. XXI век ведь на дворе. Век информационных войн.

Надо быть абсолютно оторванным от реальности, чтобы говорить о каком-то престиже русской нации в Европе XVI–XVII вв. Да и при чем тут Литва с Речью Посполитой, когда речь идет о русских? Конечно, их количество было здесь велико. Но несмотря на это, собственно русскими эти государства не были. Социальный статус русских здесь был невысок, а само их название было настолько непопулярным (в особенности у руководства Речи Посполитой), что, в конце концов, было полностью вытеснено и заменено словом «украинец». Соответственно, проживающие на землях современной Белоруссии, стали именоваться «литвинами» (по принципу – «лишь бы не русскими»), хотя к другим литовцам, т. е. к жемайтам и аукштайтам, имели отдаленное отношение[103].

На мой взгляд, московским князьям, если уж на то пошло, выгодней было объявить себя, скажем, французами или теми же португальцами. Те все-таки побогаче были. Опять же – престиж. Да и не было в то время никакой Руси, а были Речь Посполитая и княжество Литовское. Не у кого и нечего воровать было. Даже если б и захотелось. Так что проблема смены вывески для Московского царства никогда не являлась актуальной.

Что же касается московских царей, будто бы постоянно разевающих рот на чужой каравай, то им было с кого брать пример. «Просвещенная Европа», по которой тоскуют Голденков и ему подобные, никогда не страдала отсутствием аппетита по части присвоения чужих земель. Стремление к созданию империй всегда было у нее на первом плане. История Крестовых походов – яркий тому пример. Можно проиллюстрировать это и массой других, не менее кровавых примеров, перед которыми блекнут даже злодеяния Ивана Грозного. Но это – тема другого исследования.

А вот вопрос идентификации «москалей», часто используемый в националистических спекуляциях, требует более детального рассмотрения. «Разве это русские по происхождению люди из мордовско-москельского племени?», – вопрошает Голденков на грани истерики. Видать, за державу ему обидно с украденным названием. И тут же сам себе противоречит, говоря о том, что московские земли осваивались киевскими колонистами.

Так на чем же основана легенда о «мордовско-москельском племени», от которого, якобы, ведет свой отсчет Российское государство, если ее отстаивают несмотря даже на то, что она входит в диссонанс со всем, что нам известно о Московии? И почему за нее держатся не только русофобы, но, подчас, и русофилы?

А основана она всего лишь на одной коротенькой фразе из сочинения Вильгельма де Рубрука, посланника короля Людовика IX к Менгу-хану. Сочинение называется «Путешествие в Восточные страны». Данная фраза содержится в главе XVI данного сочинения, которая называется «О стране Сартаха и об ее народах». Считается, что Московия входила в вотчину сына Батыя Сартака. Позволю себе для полноты картины процитировать эту главу полностью.