Ислам и мир: восток глазами классиков

Любимым местом отдыха Льва Толстого был Чёрноозёрский сад. Посещать Чёрное озеро можно было бесплатно, поэтому и публика здесь прогуливалась достаточно пёстрая. Особенно людно в саду было зимой, когда в центре заливался бесплатный общественный каток. Для музыкантов устраивались теплушки, поэтому музыка здесь звучала даже в морозы. К тому же Толстой был большой любитель покататься на коньках.

Другим желанным местом в Казани для Толстого становятся книжные магазины. Он был постоянным посетителем двух книжных магазинов, расположенных на улице Воскресенской (ныне ул. Кремлевская), где широко была представлена русская и иностранная литература. Здесь, вероятно, он и приобретал прочитанные им в студенческие годы книги Пушкина, Гоголя, Стерна, Руссо, Монтескье…

Нурали Латыпов

А были у молодого Толстого какие-то тайные увлечения – то, что он скрывал от посторонних глаз?

Исмагил Шангареев

Не могу сказать, в какой степени он это скрывал, но стремясь к развитию своих способностей и нравственному самоусовершенствованию, юный Толстой начинает вести в Казани свой дневник. Конфликт с официальной системой образования, закончившийся его уходом из Императорского Казанского университета, стал как бы основой самопознания и самообразования для Толстого.

Нурали Латыпов

Уход от образования, чтобы его получить. Парадокс? Как я уже говорил выше – вовсе нет.

В «Книге знания», которая сейчас у меня в руках, величайший мыслитель мусульманского мира Абу Али ибн Сина писал: «Возможно найти такого редкого человека, – пишет он, – который если захочет, то поймет все науки подряд в течение одного часа, потому что он связан с действующим умом так хорошо, что ему не надо думать, словно ему откуда-то подсказывают».

Далее мыслитель делает вывод: «Такой человек должен быть источником учения для человечества». И далее он пишет: «Мы сами видели такого рода человека. Он изучил вещи мышлением и трудом, но при наличии силы догадки он не нуждался во многих трудах, и догадки его о многих вещах соответствовали тому, что было написано в книгах. Таким образом, ему не надо было читать много книг и трудиться над ними. Этот человек в возрасте 18–19 лет усовершенствовался в науках: философии, логике, физике, метафизике, геометрии, астрономии, музыке, медицине и прочих сложных науках до такой степени, что не встречал себе подобного».

Исмагил Шангареев

18–19-летний Толстой полностью соответствует описанию юного гения в «Книги знаний» великого Абу Али ибн Сины. Он ищет свои пути саморазвития, дабы вспомнить, кто он на самом деле, какие задачи перед ним поставил Господь. Так начинается его путь к Аллаху, на котором только он и его великая миссия писателя, творца произведений, в которых должно отразиться время. И вот в этот момент он решается завести дневник, чтобы использовать его для самоконтроля, чтобы иметь тайного молчаливого собеседника, которому можно доверять самые сокровенные мысли.

И дневник действительно стал для него той нитью Ариадны, которая помогла ему найти дорогу из лабиринта юношеских исканий?

Нурали Латыпов

Безусловно. Дневник создал для него, как бы теперь сказали, виртуальный университет, способ самоорганизации, личной осознанной системы самодисциплины.

Дневник Льва Толстого

Вот как сам юный Толстой писал об этом: «Я никогда не имел дневника, потому что не видел никакой пользы от него. Теперь, когда я занимаюсь развитием своих способностей, по дневнику я буду в состоянии судить о ходе этого развития». И новая запись: «Хотя я уже много приобрел с тех пор, как начал заниматься собою, однако ещё всё я не доволен собою. Чем далее продвигаешься в усовершенствовании самого себя, тем более видишь в себе недостатков». Этот диалог позволил ему не только углубиться, но и правильно оценить окружающую его действительность, отмечая в своём дневнике: «Главная же польза состоит в том, что я ясно усмотрел, что беспорядочная жизнь, которую большая часть светских людей принимают за следствие молодости, есть не что иное, как следствие раннего разврата души».

Исмагил Шангареев

Здесь же Лев Толстой сравнивает «Наказ» Екатерины с сочинением Ш. Монтескье, то есть занимается учебной работой. Через неделю он ставит сам себе шесть правил, пока только для работы, порученной ему профессором Мейером:

1) Что назначено непременно исполнить, то исполняй, несмотря ни на что.

2) Что исполняешь – исполняй хорошо.

3) Никогда не справляйся в книге, ежели что-нибудь забыл, а старайся сам припомнить.

4) Заставь постоянно ум твой действовать со всею ему возможною силою.

5) Читай и думай всегда громко.

6) Не стыдись говорить людям, которые тебе мешают, что они мешают; сначала дай почувствовать, а ежели человек не понимает, то извинись и скажи ему это».

За несколько дней до отъезда Толстой прямо ставит на страницах дневника вопрос: «Какова цель жизни человека?» И тут же пытается ответить на него: «Я был бы, несчастливейшим из людей, если бы не нашёл цели для моей жизни – цели общей и полезной. Теперь же жизнь моя будет вся стремлением деятельным и постоянным к этой одной цели».