Источник молодости. Как продлить жизнь с помощью еды, секса и смеха. Выводы из масштабного исследования старения

Когда я начала исследование TILDA, то была поражена тем, какой мощный эффект оказывает дружба на нас, сколько она меняет в положительном ключе: речь не только об удовольствии и качестве жизни, но и о влиянии на сердечные заболевания и даже количество лет, которые мы проживем. Хорошая дружба прибавляет нам годы жизни.

Я наткнулась на милую историю одной невероятной парочки, показавшую, почему дружба важна не только для нас, людей, но и для прочих млекопитающих. Это история спасенной длиннохвостой макаки и бездомного черно-белого котенка. Котенок однажды забрел в Фонд друзей дикой природы в Пхетбури, в Таиланде, и был быстро взят под крыло макакой Джоджо, жившей там же. За несколько лет до этих событий Фонд спас Джоджо, забрав из ресторана, где того жестоким образом держали в клетке. Он жил там совсем один и был преимущественно фоторазвлечением туристам на забаву.

Не стоит и говорить о том, насколько болезненной была изоляция для Джоджо, ведь макаки, как и люди, это стадные существа, которые наслаждаются жизнью в обществе и организовывают группы. И вот шесть лет спустя Джоджо стал совсем другим: он оказался лидером в группе таких спасенных Фондом макак и взял под опеку нового лучшего друга, бездомного котенка. Пушистая команда отставила в сторону видовые различия, стала делить еду, позировать для фотографий и даже искать друг у друга блох. Эта история показывает, как дружба может открыть возможность для непредсказуемой связи и дать насладиться друг другом совершенно разным видам.

В 2020 году правительства всего мира отреагировали на кризис коронавируса, поощряя или санкционируя изоляцию на длительный период времени. Долгосрочные последствия такого грубого подхода к нам, стадным животным, еще проявят себя. В этой главе мы узнаем, как изоляция противоречит здравому смыслу, когда речь идет о человеке или животном, как, например, Джоджо, и как плохо она влияет на наше физическое и психологическое здоровье.

* * *

Наиболее убедительное объяснение силы и природы дружбы выразил римский оратор Цицерон (106–43 гг. до н. э.) в своем классическом эссе «О дружбе» (De Amicitia):

«Если мы устраним из природы узы благожелательности, то ни дом, ни город не уцелеют; даже обработка земли прекратится. Если это еще непонятно, то все могущество дружбы и согласия можно оценить, взглянув на картину распрей и разногласия. И в самом деле, какой дом столь прочен, какая гражданская община столь крепка, чтобы ненависть и раздоры не могли разрушить их до основания? Все это позволяет судить, как много хорошего в дружбе».

Недалеко от Арпинума, где родился Цицерон, находится городок на холме Розето-Вальфорторе, ставший ареной для самых новаторских исследований о дружбе и здоровье, четко показавших, что дружба влияет на биологическое старение.

Коммуна жила у подножия Апеннинских гор в итальянской провинции Фоджа. Город построен вокруг огромной площади и церкви. Узкие ступени ведут вверх по склону холма, окруженные теснящимися двухэтажными каменными домами с красными черепичными крышами.

Веками розетанцы работали на мраморных каменоломнях и возделывали земли в долине, каждое утро они проходили по 6–8 километров, спускаясь с горы, а поздно вечером их ждал трудный путь обратно. Они жили тяжелой жизнью. Население было малограмотным и отчаянно бедным, надежды на экономические улучшения практически не было, пока в конце XIX века не пришла весть о земле возможностей, что лежит за океаном.

В январе 1882 года группа розетанцев отплыла в Нью-Йорк. В конце концов им удалось найти там работу на сланцевых каменоломнях рядом с городом Бангор в Пенсильвании. Позже к первым уплывшим присоединились другие семьи, а первые мигранты отправили письма в Розето, и к 1894 году около 1200 розетанцев сделали запросы на получение американских паспортов и покинули свой дом, уезжая целыми улицами.

Их деревня вскоре оказалась почти заброшенной. Однако по прибытии на новую землю они восстановили свой небольшой городок: стали строить двух-трехэтажные дома на холмах, расчистили и начали возделывать землю, выращивать лук, бобы, картошку, дыни и фруктовые деревья в больших садах позади собственных домов.

Город обрел жизненные силы. Розетанцы начали разводить свиней и выращивать виноград для домашнего вина. Появились школы, парки, монастырь и кладбище. Открылись небольшие магазинчики, булочные, рестораны и бары.

Соседний Бангор был в основном валлийским и английским, следующий за ним город – преимущественно немецким, а это означало, что новый город Розето закреплялся исключительно за розетанцами, учитывая непростые отношения англичан, немцев и итальянцев в тот период. Особый южный диалект Фоджи стал разговорным языком. Розето в Пенсильвании стал крошечным самодостаточным мирком, неизвестным общественности, и оставался бы таковым, если бы не Стюарт Вульф.