Истории и мифы мира титанов. Всё, что нужно знать об Атаке титанов

Самый же яркий исторический пример случая, когда герой становился знаменем перемен, является, на мой взгляд, Орлеанская дева Жанна д’Арк. Девушка из деревеньки Домреми получила от дофина священное знамя Франции, орифламму, возглавила войска и сняла осаду Орлеана (чего не могли сделать опытные генералы долгие годы), после чего быстро стала популярной в народе и обрела славу среди войск. Жанна всегда была в первых рядах, но никогда не пользовалась в бою мечом: она несла священное знамя Франции и подбадривала солдат воодушевляющими кличами. Она отвоевала обратно Реймс, где и был коронован дофин Карл, ставший тогда наконец-то Карлом VII (ибо по традиции короли Франции могли короноваться только в Реймсском соборе). Ее популярность все возрастала, и Карл, уже обретший корону и вернувший огромное количество французских земель, потерял к Орлеанской деве всякий интерес и даже стал опасаться ее влияния, а потому урезал поддержку ее военной кампании. Попав из-за этого в плен после неудачной осады Парижа, Жанна была объявлена англичанами ведьмой и сожжена на костре. Вскоре французы оправдали ее и причислили к лику святых, и именно тогда она окончательно стала символом Франции. Для тех, кто пережил заключительный этап Столетней войны, Жанна д’Арк была живой легендой, воительницей, святой во плоти; и, что было особенно ободряюще, святой, которая олицетворяла дело Карла VII, побеждая его врагов и обещая приход объединенной Франции с божественного благословения. Это предоставило прекрасную возможность оправдать Карла VII, чем и воспользовалась средневековая писательница Кристина Пизанская, написавшая La Ditié de Jehanne D’Arc, или, в переводе, «Песнь о Жанне».

Кристина Пизанская (около 1364–1430) – французская писательница итальянского происхождения, придворная короля Франции Карла VI и нескольких французских королевских герцогов, писавшая как в прозе, так и в поэзии.

В «Песне о Жанне» следует отметить три основных элемента: поддержку дофина Карла, превознесение Жанны д’Арк и совет Кристины гражданам Парижа. Эта воодушевляющая поэма начинается с того, что Кристина открыто заявляет [Кристина Пизанская]:

Кристина я, проплакавшая годы.Одиннадцать их было, тех годов,Что провела под кельи сводом,Когда мой Карл изменников гнездо,Париж покинул, поспешив с уходом,Был даже из страны бежать готов.

В данном случае имеется в виду предательство, которое заставило дофина Карла – будущего короля Карла VII – бежать из города. Карл VII описывается в воинственном великолепии:

Явился вдруг как признанный монарх,Помазан будучи, короною блиставший,И в шпорах рыцаря златых на сапогах.Вокруг него народ, его признавший,И войско, что врагам внушает страх.

Более того, Кристина утверждает, что он – предсказанный король Франции:

Владетелем всей Франции пусть станетМой Карл, сын также Карла – короля.Через посредство змея-талисманаПророчество судьба ему дала,Что сбудется с ним поздно или рано,Досель судьба его к тому вела.И он заступит место КарломанаИ будет повелитель королям.

Используемый язык делает возвращение Карла VII и окончательное укрепление его власти неизбежными, а его внешность описывается в терминах, которые читатель может живо представить – и испытать благоговение.

Кристина, однако, старается подчеркнуть, что ни одно из завоеваний Карла не было бы возможным без руководства Жанны д’Арк, которую направляет Бог. Термины, в которых описывается Жанна, примечательны даже для Кристины Пизанской, которая была относительно прогрессивна в отношении роли женщин в обществе того времени. Жанне было дано «сердце больше, чем у любого мужчины», и ее пришествие было предвидено такими великими пророками, как Мерлин, Сивилла и Беда. Ее достижения в Орлеане представляли собой не что иное, как чудо, и она продолжала делать Божье дело:

Объединятся Жанной Церкви дети,И христианства вострепещет в мире стяг.Она ж изгонит сарацин негодных,Через моря приплыв на корабле,И с войском Франции свободнойСвободу принесет Святой земле.