Христианство как религия настолько сильно повлияло на развитие мировой культуры, что до сих пор является неотъемлемой частью жизни всего человечества. Григорианский календарь, введенный папой римским Григорием XIII в католических странах аж 15 октября 1582 года, теперь принят почти во всех странах мира. А ведь ведет он отсчет от Рождества Христова. Современная европейская культура пестрит отсылками к библейским и евангельским сюжетам, огромное количество фантастических произведений опирается на образы Христа, Пресвятой Марии, Иуды, Моисея и других персонажей Нового и Ветхого Заветов. Разумеется, в Японии не так много христиан, однако христианские мотивы так или иначе находят отражение в творчестве восточных писателей, мангак, киноделов, геймдизайнеров и мультипликаторов. С ходу вспоминаются многочисленные библейские отсылки из нашумевшего «Евангелиона», «Призрака в доспехах», и даже относительно недавняя игра Elden Ring не обошлась без отсылок к образу распятого Христа и полученному им в подреберье «удару Милосердия», нанесенному Гаем Кассием Лонгином из сострадания к Мессии.
Как и в случае со значимыми трудами Толкина в жанре фэнтези, подобную культурную глыбу нельзя проигнорировать, можно лишь оттолкнуться от нее, или же, наоборот, пройти по проторенному ею руслу.
Но почему же библейские сюжеты снова и снова заимствуются, интерпретируются и пересказываются? Даже если отбросить тот факт, что многие творцы современности родились в культурах, насквозь пропитанных христианством; даже если забыть о глобализации произведений культуры, из-за которой многие стремятся включить в свои творения образы, понятные большему количеству зрителей, почему же раз за разом мы видим отсылки к христианству? Полагаю, все это именно из-за того, что христианство, помимо прочего, является и невероятно интересной философией, которую интересно изучить, оспорить или проверить на прочность в рамках литературного произведения. Неслучайно многие исследователи склонны полагать, что сам исторический Иисус Христос мог позаимствовать основные тезисы своей философии у известного на тот момент греческого философа Филона Александрийского. В общем, христианство – это настолько огромный феномен, что его можно рассматривать с самых разных сторон и так и не рассмотреть полностью. В рамках же данного исследования мы не будем касаться христианства как религии, не будем разбирать его как исторический нарративный источник и вряд ли заденем его с точки зрения философии. Для нас в данном случае интерес представляют общеизвестные христианские сюжеты и образы, так что рассмотрим их исключительно как художественное повествование, на которое в своей работе и ссылался Исаяма.
В конце «Атаки титанов» уцелевшие люди прячутся на возвышенном плато, из которого марлийцы сделали крепость с ангарами для дирижаблей. Сцена их безуспешного противостояния Эрену и Гулу Земли сильно напоминает историю о Вавилонской башне, которую в незапамятные времена, согласно Ветхому Завету, построили говорившие на одном языке люди, чтобы добраться до небес и достигнуть Бога. Безусловно, это действие было расценено Богом как дерзкий вызов. Об этом можно прочесть в Книге Бытия: