История и культура гуннов

«Ultras quos [sc. Acatziros] distendunt supra mare Ponticum Bulgarum sedes, quos notissimos peccatorum nostrorum mala fecerunt. Hinc iam Hunni quasi fortissimorum gentium cespes bifariam populorum rabiem pullularunt. Nam alli Altziagiri, aii Saviri nuncupantur, qui tamen sedes habent divisas: iuxtra Chersonam Altziagiri, quo Asiae bona Mercator importat, qui aestate campos pervagant effuses sedes, prout armentorum invitaverini pabula. Hieme supra mare Ponticum se referents. Hunuguri autem hinc noti sunt, quia ab ipsis pellium murinarum venit commercium: quos tantorum virorum formidavit audacia» («Далее за ними тянутся над Понтийским морем места расселения булгар, которых весьма прославили несчастья, [совершившиеся] по грехам нашим. А там и гунны, как плодовитейшая поросль из всех самых сильных племен, закишели надвое разветвившейся свирепостью к народам. Ибо одни из них зовутся альциагирами, другие – савирами, но места их поселений разделены: альциагиры – около Херсоны, куда жадный купец ввозит богатства Азии; летом они бродят по степям, раскидывая свои становища в зависимости от того, куда привлечет их корм для скота; зимой же переходят к Понтийскому морю. Хунугуры же известны тем, что от них идет торговля шкурками грызунов; их устрашила отвага столь многочисленных мужей»).

Даже если то или иное выражение восходит к Кассиодору, весь отрывок в целом следует приписать Иордану. Булгары жили ultra, то есть к востоку от акациров, и supra, то есть к северу от Черного моря. Оттуда гунны «закишели надвое разветвившейся свирепостью к народам». Как признал Ширрен (1846. 50) больше века назад, булгары Иордана и гунны в этой главе «Гетики» – два названия одного народа. Ширрен считал, что Иордан попросту скопировал Кассиодора, который тоже идентифицировал булгар и гуннов. Но в VI в. такое приравнивание было обычным. Эннодий, к примеру, назвал лошадь, захваченную у булгар, equum Huniscum.

Сабиры (савиры) и хунугуры у Иордана тоже обозначают один и тот же народ. Описав места проживания и экономику альциагиров, он переходит к другому из bifaria rabies. Можно ожидать, что он расскажет о сабирах, но вместо этого он описывает меховую торговлю хунугуров. Идентификация Иорданом двух народов вполне понятна. Хотя Приск, Агафий, Менандер и Феофилакт Симокатта явно их дифференцировали, повествования этих авторов показывают, что с 460 г. до конца VII в. оногуры (хунугуры) были ближайшими соседями сабиров. Они жили к северу от Кавказа, на восточном берегу Черного моря, на Кубани. В списке народов в приложении к хронике, приписываемой Захарию из Митилен и написанной в 555 г., оногуры названы первыми, сабиры – третьими.

Булгары – кочевники, конные лучники, полностью зависевшие от своих лошадей, – конечно, жили в степях.

Хотя в этом никогда не было сомнений, никто не потрудился сделать из этого факта необходимые выводы, касающиеся мест проживания акациров. Обсуждалась всегда их предполагаемая близость к эстам. Поскольку альциагиры, западная ветвь булгар, жили «у Херсоны», на западе Крыма, а «зимой же переходят к Понтийскому морю», они, должно быть, странствовали по долине к востоку от Днепра. На регион, расположенный недалеко от римской границы, указывают и частые набеги булгар через Дунай. Это, в свою очередь, позволяет примерно локализовать акациров. Западнее булгар, южнее антов – значит, в нижнем течении Буга и Днестра, возможно, ближе к Пруту.