История любовных побед от Античности до наших дней

В дарении фруктов содержится вполне осознанное указание на яблоко, данное Евой Адаму, — тут достаточно вспомнить, в каком смысле употребляют выражение «отведать яблочка». Литература и иконография свидетельствуют, что многие фрукты — то же яблоко, апельсин и все, что произрастает гроздьями, — служат также символами сексуальности и плодородия. Прядь волос, портрет, фотография подразумевают сходный намек — даритель вручает обожаемому существу часть самого себя. Что до волос, здесь прибавляется еще воспоминание о любовных путах — популярной средневековой аллегории. Поэт Тристан Л’Эрмит видит в «усах из прядей» своей любовницы «цепи, которые мне дороже короны».

А вот еще примечательное высказывание (его автор — Пюже де ла Серр): «Вы не удивитесь, если в том сладостном рабстве, в которое вы меня обратили, я испрошу новых оков в виде браслета из ваших волос». Романтизм отдаст щедрую дань этим прядям, которые афишируют любовную связь (более или менее широко — в зависимости от места и размера отрезанного локона). Здесь не лишне вспомнить демонстративную выходку героини стендалевского романа «Красное и черное» Матильды де ла Моль, гордо нанесшей своей шевелюре ощутимый ущерб в честь Жюльена Сореля.

ПРИЗНАНИЕ

Но наступает момент, когда пора сделать решительный шаг. Даже если взгляды, жесты и подарки подготовили почву, только признание снимает всякую недоговоренность. Подвести к нему — задача немаловажная, это надо уметь. Если хочешь подступиться к незнакомке, чтобы войти в более близкий контакт, можно притвориться глухим, придвинуться, коснуться ее, как бы случайно или в шутку сжать ее в объятиях. Потом рассмешить ее песенками или остротами. Если вы не знакомы, нужно завязать разговор, но главное, чтобы не о любви. «Не открывай ей сразу и слишком напрямик того, что у тебя на уме», — поучает Жак Амьенский. Разговор в основном позволяет выразить взглядом то, что затем будет высказано более ясно. Объясняться нужно не раньше, чем уверишься, что твое признание примут благосклонно.

Дар слова настолько важен, что, по мнению Андре Ле Шаплена и Друара Лаваша, те, кто не знает, как говорить с женщиной, не должны рассчитывать добиться у нее успеха. «Но тем, кто умеет изъясняться красиво, любезно и дерзко, надобно стремиться к обществу дам». Авторы пространно, на многих примерах объясняют, с какими речами надлежит обращаться к даме в зависимости от возраста и положения обоих партнеров. Эти рекомендации все еще остаются в области чистой риторики, традиционного средневекового «диспута». Обольщение совершается посредством аргументов и опровержения возражений. Женщине подобает и впрямь отказываться от каких-либо милостей, по крайней мере в первый раз. В лучшем случае для нее позволительно заставить влюбленного потерпеть и даровать ему надежду — это первая ступень, ведущая к согласию. Затем мало-помалу она может пройти три следующие: разрешить поцелуй, обнять за шею, потом отдаться.

Наиболее оригинален в своих высказываниях Жак Амьенский, который, похоже, никому не подражал. Он делит женщин на категории, сообразно которым стиль обращения к даме должен сильно различаться, быть либо серьезным, либо более легкомысленным, если не откровенно игривым. Даму высокого ранга с самого начала надлежит именовать «госпожой», и лексика в обращении к ней отдает куртуазней (поклонник — «преданный вассал», «утонченный возлюбленный»). Это, однако, не исключает фривольности тона: «Дама, миловидная телом, светлая ликом, Дама радости и наслаждения, госпожа, тысячу и один раз госпожа!» Чтобы ее склонить, надобно угрожать, что умрешь от любви к ней, за что не преминут упрекнуть безжалостную красавицу.

К даме просто зажиточной надлежит приступать «на другой манер». Столь же почтительно, однако более прямо. Неплохо, если она заметит, что ее поклонника бьет дрожь. Тогда она полюбопытствует, что его так взволновало, а он в ответ попросит позволения говорить о том открыто. Ей, разумеется, будет в радость узнать, что причина такого смятения в ней самой, и она может предложить ему стать ее другом, только чтобы никто об этом не знал. И наконец, «дурочку», в которую можно влюбиться за ее юность, надо кадрить как бы в шутку. Весело болтать, представляя любовь как нечто пустяковое («что уносит ветра порыв»). В отличие от двух других категорий, к ней с самого начала игры обращаются на «ты», даже если в решающие моменты «выкать» вежливее. И о поцелуе ее можно попросить сразу, стоит только похвалить ее красивые губки. Разумеется, при этом надо клясться всеми богами, что больше ничего не попросишь, а главное, что здесь нет ничего опасного для ее чести. Лицемер! На самом-то деле именно так ее можно «довести до безумия».