История московской полиции

Кроме того, всегда существовал риск, что награбленного могло оказаться недостаточно для оплаты работы команд следователей, – ведь розыск мог оказаться неудачным, банда могла разбежаться или просто потратить все полученные средства.

Все это создавало широкое поле для нарушения закона в той или иной степени.

Добавим, что долгосрочное отвлечение армейских частей от воинской подготовки и службы снижало боеспособность армии в целом.

Стремясь навести порядок в деятельности сыщиков, правительство пошло в 1753 г. по пути выделения четырех главных сыщиков, каждому из которых подчинялась часть территории страны, с подчинением им местных команд[64]. Однако решить накопившиеся проблемы это решение не могло.

В итоге 28 мая 1762 г. новым самодержцем Петром III был подписан указ об «отобрании воинских команд у сыщиков» с передачей задач по борьбе с разбойниками губернаторам и воеводам[65]. Сами сыщики при этом сохранялись, но возникал вопрос о том, смогут ли они продолжать свою деятельность без поддержки приданных им воинских команд. Вскоре, 14 июня 1762 г., был издан указ о возвращении сыщиков к своим командам, то есть обратно в свои подразделения[66].

Позднее, 2 октября 1762 г., уже новая императрица, Екатерина II, издала указ о том, что бороться с бандитами должны местные власти, но при «многолюдстве бандитов» они могут обратиться за помощью к армейским частям. Тем самым она подтвердила указание своего предшественника и окончательно поставила точку в вопросе деятельности сыщиков.

В целом, оценивая правоохранительные органы Москвы этого периода, можно отметить, что они во многом опирались на существовавшие до Петра традиции организации защиты правопорядка. Заметим, что большую роль в охране правопорядка, как и раньше, играли военные, без поддержки которых, как минимум кадровой, правоохранительные органы просто не могли осуществлять свою деятельность.

Профессиональная полиция (1782–1862)

В 1770-х гг. правительство Екатерины Великой приступило к серьезным преобразованиям системы управления на местах. Одной из таких реформ стало создание полиции на всей территории страны.

В сельской местности была создана уездная полиция, представлявшая собой традиционную систему десятских и сотских, набиравшихся от каждой сотни дворов и выполнявших роль младших офицеров, которые подчинялись местным властям.

Во всех городах империи была создана полиция согласно новому закону, известному как «Устав Благочиния или Полицейский»[67]. Согласно ему, была создана новая система городского управления и разделения полномочий. Вместо традиционных сотен и слобод появились кварталы (50–100 дворов). В каждом квартале был свой квартальный надзиратель и квартальный поручик (его помощник). Они выполняли обязанности судей первой инстанции, то есть разбирали мелкие споры и происшествия. Кварталы, в свою очередь, объединялись в части, которыми руководили приставы. Части, в свою очередь, подчинялись управе благочиния во главе с обер-полицмейстером. Роль судебных заседателей в управе благочиния выполняли ратманы, набиравшиеся (в порядке отбывания повинности) из числа богатых горожан. В квартале разбор дел происходил в присутствии «добросовестного», то есть избираемого жителями квартала представителя общественности. Конечно, их самостоятельность не стоит преувеличивать, но все-таки нужно отметить появление элементов представительства.

Также была введена новая система формирования состава полиции. Отныне обязанности сотрудников полиции выполняли лица, служащие в ней на постоянной основе. Рядовые сотрудники полиции отныне набирались из числа солдат, переведенных на службу в полицию, обычно из местного гарнизона (городских батальонов) или других воинских частей.

Рядовые сотрудники полиции теперь делились на будочников и хожалых. На улицах Москвы появились будки, небольшие строения, около которых дежурили постоянные сторожа, то есть будочники. Покидать свои будки они не имели права и проживали в такой будке чаще всего вместе с женой.

Таблица 2

Состав московской полиции в 1836 г.[68]

Также в будке ночевал и хожалый, то есть солдат, который выполнял различные поручения начальства – конвоирование, передачу сообщений и т. д.

Офицеры – квартальные надзиратели и поручики (их заместители), а также частные приставы (то есть начальники частей) теперь служили в полиции на постоянной основе.

Таким образом, была создана профессиональная полиция.

Известно, что в 1806 г. в составе московской полиции числилось 40 унтер-офицеров (по двое в каждой части), 460 человек в пешей полицейской команде и 309 – в конной полицейской команде. Рядовые сотрудники полиции официально назывались мушкетерами, как солдаты в армии. Плюс 24 инвалида при казармах. Кроме того, в штате полиции числилось 320 фурлейторов при пожарных орудиях, то есть пожарных[69].