История петербургских особняков. Дома и люди

После смерти В. Ф. Комиссаржевской в 1910 году руководителем театра на короткое время стал Леонид Андреев, а затем, вплоть до революции, здесь выступала труппа К. Н. Незлобина, ставившая как пьесы Горького, так и Арцыбашева. Ей же принадлежит заслуга первой постановки «Фауста» на русской сцене. 2 и 4 декабря 1913 года в театре на Офицерской состоялись футуристические представления: шла трагедия «Владимир Маяковский» с автором в главной роли.

Дом № 39 по Офицерской улице. Луна-парк. Фото 1910-х гг.

Рецензент светского журнала «Столица и усадьба», посетивший театр Незлобина, поделился своими впечатлениями с читателями: «Сюда идут на пьесы «идейных» писателей, «своих писателей» и заранее предвкушают удовольствие посмотреть, как автор будет отделывать сидящих в партере буржуев. Эта мрачная улыбка – одно выражение здешнего лица. Другое – полузабытые декаденты и входящие в скандальную моду футуристы с нарумяненными лицами и диким взором, да футуристские «бэбэ» (то же, что «беби» – А. И.) лет под тридцать, в коротких, по колено, хитонах и ассирийских локонах, распущенных по плечам. Они сонно глядят на сцену в самых драматических местах, а потом вдруг неистово принимаются рукоплескать какому-нибудь «кубическому» жесту…»

Летом 1912 года оборотистый делец Ялышев открыл в Демидовом саду новое увеселительное заведение – Луна-парк. Появившись первоначально в Америке, луна-парки перекочевали затем в Европу, завоевав широкую популярность обилием в основном механических аттракционов.

Петербургский Луна-парк обещал своим посетителям и «путешествие по горным дорогам», и исполинское «чертово колесо», и «пьяную лестницу», и настоящую сомалийскую деревню с живыми обитателями, и многое другое.

В ряду предлагаемых соблазнов почетное место занимал обширный ресторан в вычурном псевдоампирном стиле. Трудно поверить, что все это могло уместиться на довольно ограниченной территории «сада», где деревьев было меньше всего. Луна-парк пользовался большим успехом. Кроме перечисленных удовольствий, здесь устраивались также очень популярные конкурсы шляп.

После Октябрьской революции произошла последняя и окончательная метаморфоза: бывший Луна-парк превратился в стадион. Смолкнул веселья глас. Демидов сад, он же Нарышкин, навсегда отошел в область воспоминаний…

Адмиральский особняк(Дом № 14/6 по Театральной площади)

Редко на каком изображении Театральной площади первой половины XIX века не показан отрезок нынешней улицы Глинки в сторону Никольского собора. Уж очень живописны были его золотые купола на фоне бледного петербургского неба и мощный восьмиколонный портик Большого театра! Со временем величественный театр перестроили в невыразительное здание консерватории, вид на собор со стороны площади загородили неудачно поставленным памятником М. И. Глинке – и прежнее очарование пропало. Правда, в 1925 году статую композитора переставили на более подходящее место, но прочие изменения – прежде всего, переделанные фасады изрядно подросших домов – внесли в слаженный аккорд новое, не совсем гармоничное звучание.

Дом № 14/6 по Театральной площади. Современное фото

Вырос и дом, о котором пойдет наш рассказ, на левом углу бывшей Никольской улицы и Театральной площади. После войны его тоже надстроили четвертым этажом, и хотя сделали тактично и умело, он как-то сразу лишился былой особняковой уютности, обязательно предполагающей небольшие размеры, и приобрел несвойственные ему черты обычного многоквартирного жилища. Целое столетие, до самой Октябрьской революции, здесь находилось родовое гнездо графов Мордвиновых, но началась история дома несколькими десятками лет раньше…

Неизвестный художник. Театральная площадь. Фрагмент. 1820-е гг. Второй слева – особняк Н. С. Мордвинова

В июле 1786 года обер-интендант флота И. П. Балле подал прошение о выделении земельного участка на территории бывшего Морского полкового двора. Спустя год ему отвели обширное место напротив бокового фасада Большого театра. Он разделил его на четыре части, после чего, продав и раздарив три из них, оставил за собой лишь угловую, на которой начал возводить трехэтажный особняк без особых наружных украшений. В июле 1788 года дом был уже вчерне готов, и хозяин, чтобы частично покрыть расходы на строительство, заложил его в банке.

Ко времени обзаведения собственным жильем Иван Петрович успел прослужить более четверти века. Начав еще при Елизавете молоденьким мичманом, он рано проявил административные способности, сначала командуя Астраханским портом, затем – в должности экипажмейстера в Петербурге и, наконец, обер-интендантом флота. Но помимо чисто управленческих занятий, Балле, или Баллею, как его чаще именовали, пришлось побывать и в боях. В качестве начальника вспомогательной эскадры во время войны со шведами он принял участие в 1789 году в Роченсальмском сражении, геройски выдержав восьмичасовой натиск неприятеля, за что удостоился ордена Святой Анны 1-й степени.