История Сирии. Древнейшее государство в сердце Ближнего Востока

Эффективность римской администрации в такой провинции, как Сирия, где цивилизация находилась на не менее высоком уровне, чем римская, хотя и отличалась по характеру, была не столь успешной и блестящей, сколь, например, в таких полуци-вилизованных провинциях, как Испания или Галлия. В Сирии греческие поселения, финикийские и иудейские города с их развитой социальной, интеллектуальной и экономической жизнью, а также школами искусства, философии и литературы не нашли у Рима ничего, что хотели бы позаимствовать. Для них латинская литература оставалась книгой за семью печатями. Однако с арабами и арамео-арабами дело обстояло по-другому. Среди них римляне основали свои колонии к востоку от Антиливана и оседлой Трансиордании. Каждая из них возникла вокруг ядра из итальянских переселенцев, вокруг которых группировались другие, и развивалась в особого рода общину. Этот шанс они получили после того, как Траян в 106 году н. э. аннексировал Трансиорданию, а также Авран, когда-то находившийся под властью набатеев, но позднее переданный Августом Ироду. В 105 году н. э. Траян покорил Петру. Затем Аравия Петрейская вошла в состав Римской империи под названием Provincia Arabia. Поскольку Сирия была центром римской власти на Ближнем Востоке, римская администрация расставила цепь аванпостов вдоль края пустыни для защиты более густонаселенных и цивилизованных районов. Эти укрепления часто комплектовались вспомогательными войсками, набранными из дружественных племен. Через эту территорию проходила дорога с востока на запад, соединявшая города на Тигре и Евфрате со Средиземноморьем и проходившая через Пальмиру. Ее пересекала большая дорога с юга на север – римская Via Maris, «приморский путь», «царская дорога» в Библии. Она шла из Дамаска через Авран в Галаад, Моав и дальше на юг, где сливалась с арабским караванным путем. Эта главная дорога Трансиордании возникла в конце 2-го тысячелетия до н. э., была замощена при Траяне и использовалась в качестве военной дороги римскими легионерами, а позднее и мусульманскими паломниками. Нововведения способствовали переходу кочевых и полукочевых общин к оседлому образу жизни. Урбанизация была ключевым моментом римской политики.

Вкратце можно утверждать, что главная услуга, оказанная римской администрацией сирийской провинции, заключается в иммунитете от гражданских беспорядков и защите от внешних врагов. А кроме того, она открыла перед Сирией более широкий рынок – мировой рынок.

В первый период императорского правления (примерно с 30 до н. э. по 70 н. э.) Сирия быстро и уверенно вырвалась из упадка, в который погрузилась из-за войн и междоусобиц. Провинция стала неотъемлемой частью империи, простиравшейся от Атлантического океана и Северного моря до Евфрата и от Рейна и Дуная до Сахары. Под эгидой имперских армий возобладал порядок и Pax Romana. Появилась защита от разбоя и пиратства. Прекратились набеги парфян и арабов. Стратегически важные горные перевалы, например в Киликии, хорошо охранялись. Сеть дорог – выдающееся достижение административного и инженерного искусства – объединила все части империи в относительно компактное единое целое. Дорожные вехи, размечавшие сирийские дороги, которые регулярно ремонтировались и осушались, кое-где сохранились до наших дней. Октавиан Август основал почтовую службу, которая наладила связь между центральным правительством и его агентами в провинциях. Торговля получила стимул к развитию. Кривая процветания снова поползла вверх. После 70 года н. э. все Римское государство вошло в длительный период покоя, не нарушаемого серьезными гражданскими беспорядками. С 96 по 180 год н. э. благосклонная судьба подарила ему непрерывный период сменявших друг друга достойных императоров, начиная с Нервы и заканчивая Марком Аврелием. Это время называют «эпохой хороших императоров»[194]. Во II веке н. э. ни одно крупное государство не управлялось эффективнее, чем римское. При Адриане (117–138), бывшем легате Сирии, империя вошла в период своего расцвета; при его предшественнике Траяне (98—117) Римская Сирия достигла своей максимальной величины и процветания.

В течение этого столетия Рим объединил под одним скипетром почти весь цивилизованный мир от Атлантики до Центральной Азии. Никогда прежде свет еще не видывал подобной империи. Повсюду в ее обширных владениях факел цивилизации воздымался выше и горел ярче, чем когда-либо в предыдущие века истории. В самом сердце этих владений раскинулось сверкающее, дарующее жизнь Средиземное море. На его восточном берегу лежала Сирия. В государстве царили такой покой и безопасность, что из английского Йорка можно было благополучно добраться до берегов Евфрата практически в любое время. Единый язык – стандартизированная форма греческого – мог довести жителя Восточной Испании до долины Инда.